SurWiki - Вклад участника [ru]

Женские лики 1812 года

2012-04-21T16:41:20Z

Улкар Мамедова: /* Книги */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить её: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим её обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надёжная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своём доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

==Надежда Дурова==
[[Файл:1йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:2йБезымянный.png|200px|thumb|right]]
Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть её мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать её взаперти и лишать "юношеских радостей".
В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
[[Файл:4йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:3йБезымянный.png|200px|thumb|right]]
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге.
Сохранились ее "Записки"…

[[Файл:5йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:6йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями.

==Василиса Кожина==
[[Файл:7йБезымянный.png|200px|thumb|right]] В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты.
[[Файл:8й.png|200px|thumb|left]]
"Плетью обуха не перешибешь", — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
[[Файл:9й.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:10й.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:11й.png|200px|thumb|right]]

В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча.
«К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.

На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".
Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».
[[Файл:12й.png|200px|thumb|left]]
Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''
[[Файл:13й.png|200px|thumb|right]]
Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''
[[Файл:14й.png|200px|thumb|left]]
В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

[[Файл:15й.png|200px|thumb|right]]
Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''
[[Файл:16й.png|200px|thumb|right]]

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

[[Файл:17й.png|200px|thumb|right]]
'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''
[[Файл:18й.png|200px|thumb|left]]

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.
[[Файл:19й.png|200px|thumb|right]]

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

[[Файл:20й.png|200px|thumb|left]]
'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

[[Файл:21й.png|200px|thumb|right]]
Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

==Интернет - ресурсы==

http://superstyle.ru/07sep2011/zhenskie_liki_1812_goda

http://www.borodino2012.net/?p=7021

http://www.a-z.ru/women/texts/jukovar.htm

http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12

http://www.liveinternet.ru/journalshowcomments.php?jpostid=181965506&journalid=634766&go=next&categ=1

http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12

http://borodinbattl.amoti.ru/zhenschiny_na_voyne-307

http://tortuga.angarsk.su/fb2/anisie10/i_098.jpg Дурова Надежда Андреевна

http://az.lib.ru/d/durowa_n_a/text_0030.shtml Классика:Дурова Н.А.

http://hero-1812.narod.ru/p12.htm Дурова Н.А. портрет

http://kulichki.com/gusary/istoriya/slava/1812/durova.html Дурова -_портрет

http://elabuga-city.ru/articles-pamyatnik-kavalerist-devitse-durovoy-n-a.htm Дурова на коне - памятник

==Список используемой литературы==

1. Бабкин В. И. Народное ополчение в Отечественной войне 1812 г. М., Соцэкгиз, 1962.

2. Бескровный Л. Г. Партизаны в Отечественной войне 1812 г. - вопросы истории, 1972, № 1,2.

3. Бородино, 1812. Б. С. Абалихин, Л. П. Богданов, В. П. Бучнева и др. П. А. Жилин (отв. Ред.) - М., Мысль, 1987.

4. Бородино. Документы, письма, воспоминания. М., Советская Россия, 1962.

5. Булычев М.Л. «История Саратовского края с древнейших времен до нач. XIX века

6. В.Г. Сироткин “Отечественная Война 1812 год”. Москва “Просвещение” 1988 год.

7. Гарнич, Н. Ф. 1812 год / Н. Ф. Гарнич. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.:

8. Госкульпросветиздат, 1956. - 286 с.

9. Дурова Н.А. Избранные сочинения кавалерист-девицы. – М., 1988.

10. Жизнь и подвиг Н.А. Дуровой в контексте истории и современности: Материалы НПК. – Сарапул, 2003.

11. Жилин П. А. Гибель наполеоновской армии в России. М., 1974. История Франции, т.2. М., 1973.

12. Кафенгауз, Б. Б. Герои Отечественной войны 1812 года / Б. Б. Кафенгауз, Г. А. Новицкий. - М.: Просвещение, 1966. - 131 с.

13. М.И. Кутузов – генерал-фельдмаршал “Письма, записки”. Москва “Военное издательство” 1989 г.

14. Меренкова, Т. Ординарец фельдмаршала / Т. Меренкова // В мире книг. - 1982. - № 9. - С. 58-59.

15. Михайлова, Н. И. Дурова Надежда Андреевна / Н. И. Михайлова // Русские

16. Надежда Андреевна Дурова (1783-1866) // История государства

17. Николаева. - М., 1990. - Ч.1 А-Л. - С. 290-291.

18. Орлик О. В. “Гроза двенадцатого года .”. М., 1987.

19. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.

20. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.

21. Пархаев. - М.: Дет. лит., 1991. - 240 с.: ил.

22. писатели: библиогр. слов.: в 2 ч. / редкол. Б. Ф. Егоров [и др.]; под ред. П. А.

23. посольство: ист. повести / / Я. С. Рыкачев. - М., 1960. - С. 267-345.

24. Пушкин В.А., Костин Б.А. Из единой любви к Отечеству. – М., 1988.

25. Российского: жизнеописание. XIX век. Первая половина. - М., 1997. - С. 169-

26. Рыкачев, Я. С. Надежда Дурова: [повесть] / Я. С. Рыкачев // Я. с. Великое

27. Тихонов, И. С. Дурова Надежда Андреевна / И. С. Тихонов // Отечественная война 1812 года: энциклопедия. - М., 2004. - С. 261-262.

28. Троицкий, Н. А. Великий год России / Н. А. Троицкий. - М.: Мысль, 1988. - 348 с.

29. Чарская, Л. А. Смелая жизнь: истор. повесть / Л. А. Чарская; худож. О.

30. Эрлихман В. Кавалерист-девица // ж. GEO/ - 2005. - № 8. – С. 131-136.

31. Юдина, И. женщина воин и писательница / И. Юдина // Рус. лит. - 1963. -№ 2. - С.130-135.

[[Категория:проектный конкурс Отчизна Дон Кихотов]]
[[Категория:1812]]

Женские лики 1812 года

2012-04-21T16:39:07Z

Улкар Мамедова: /* Интернет ресурсы */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить её: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим её обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надёжная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своём доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

==Надежда Дурова==
[[Файл:1йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:2йБезымянный.png|200px|thumb|right]]
Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть её мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать её взаперти и лишать "юношеских радостей".
В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
[[Файл:4йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:3йБезымянный.png|200px|thumb|right]]
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге.
Сохранились ее "Записки"…

[[Файл:5йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:6йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями.

==Василиса Кожина==
[[Файл:7йБезымянный.png|200px|thumb|right]] В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты.
[[Файл:8й.png|200px|thumb|left]]
"Плетью обуха не перешибешь", — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
[[Файл:9й.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:10й.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:11й.png|200px|thumb|right]]

В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча.
«К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.

На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".
Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».
[[Файл:12й.png|200px|thumb|left]]
Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''
[[Файл:13й.png|200px|thumb|right]]
Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''
[[Файл:14й.png|200px|thumb|left]]
В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

[[Файл:15й.png|200px|thumb|right]]
Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''
[[Файл:16й.png|200px|thumb|right]]

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

[[Файл:17й.png|200px|thumb|right]]
'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''
[[Файл:18й.png|200px|thumb|left]]

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.
[[Файл:19й.png|200px|thumb|right]]

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

[[Файл:20й.png|200px|thumb|left]]
'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

[[Файл:21й.png|200px|thumb|right]]
Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

==Интернет - ресурсы==

http://superstyle.ru/07sep2011/zhenskie_liki_1812_goda

http://www.borodino2012.net/?p=7021

http://www.a-z.ru/women/texts/jukovar.htm

http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12

http://www.liveinternet.ru/journalshowcomments.php?jpostid=181965506&journalid=634766&go=next&categ=1

http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12

http://borodinbattl.amoti.ru/zhenschiny_na_voyne-307

http://tortuga.angarsk.su/fb2/anisie10/i_098.jpg Дурова Надежда Андреевна

http://az.lib.ru/d/durowa_n_a/text_0030.shtml Классика:Дурова Н.А.

http://hero-1812.narod.ru/p12.htm Дурова Н.А. портрет

http://kulichki.com/gusary/istoriya/slava/1812/durova.html Дурова -_портрет

http://elabuga-city.ru/articles-pamyatnik-kavalerist-devitse-durovoy-n-a.htm Дурова на коне - памятник

==Книги==

1. Бабкин В. И. Народное ополчение в Отечественной войне 1812 г. М., Соцэкгиз, 1962.

2. Бескровный Л. Г. Партизаны в Отечественной войне 1812 г. - вопросы истории, 1972, № 1,2.

3. Бородино, 1812. Б. С. Абалихин, Л. П. Богданов, В. П. Бучнева и др. П. А. Жилин (отв. Ред.) - М., Мысль, 1987.

4. Бородино. Документы, письма, воспоминания. М., Советская Россия, 1962.

5. Булычев М.Л. «История Саратовского края с древнейших времен до нач. XIX века

6. В.Г. Сироткин “Отечественная Война 1812 год”. Москва “Просвещение” 1988 год.

7. Гарнич, Н. Ф. 1812 год / Н. Ф. Гарнич. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.:

8. Госкульпросветиздат, 1956. - 286 с.

9. Дурова Н.А. Избранные сочинения кавалерист-девицы. – М., 1988.

10. Жизнь и подвиг Н.А. Дуровой в контексте истории и современности: Материалы НПК. – Сарапул, 2003.

11. Жилин П. А. Гибель наполеоновской армии в России. М., 1974. История Франции, т.2. М., 1973.

12. Кафенгауз, Б. Б. Герои Отечественной войны 1812 года / Б. Б. Кафенгауз, Г. А. Новицкий. - М.: Просвещение, 1966. - 131 с.

13. М.И. Кутузов – генерал-фельдмаршал “Письма, записки”. Москва “Военное издательство” 1989 г.

14. Меренкова, Т. Ординарец фельдмаршала / Т. Меренкова // В мире книг. - 1982. - № 9. - С. 58-59.

15. Михайлова, Н. И. Дурова Надежда Андреевна / Н. И. Михайлова // Русские

16. Надежда Андреевна Дурова (1783-1866) // История государства

17. Николаева. - М., 1990. - Ч.1 А-Л. - С. 290-291.

18. Орлик О. В. “Гроза двенадцатого года .”. М., 1987.

19. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.

20. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.

21. Пархаев. - М.: Дет. лит., 1991. - 240 с.: ил.

22. писатели: библиогр. слов.: в 2 ч. / редкол. Б. Ф. Егоров [и др.]; под ред. П. А.

23. посольство: ист. повести / / Я. С. Рыкачев. - М., 1960. - С. 267-345.

24. Пушкин В.А., Костин Б.А. Из единой любви к Отечеству. – М., 1988.

25. Российского: жизнеописание. XIX век. Первая половина. - М., 1997. - С. 169-

26. Рыкачев, Я. С. Надежда Дурова: [повесть] / Я. С. Рыкачев // Я. с. Великое

27. Тихонов, И. С. Дурова Надежда Андреевна / И. С. Тихонов // Отечественная война 1812 года: энциклопедия. - М., 2004. - С. 261-262.

28. Троицкий, Н. А. Великий год России / Н. А. Троицкий. - М.: Мысль, 1988. - 348 с.

29. Чарская, Л. А. Смелая жизнь: истор. повесть / Л. А. Чарская; худож. О.

30. Эрлихман В. Кавалерист-девица // ж. GEO/ - 2005. - № 8. – С. 131-136.

31. Юдина, И. женщина воин и писательница / И. Юдина // Рус. лит. - 1963. -№ 2. - С.130-135.

[[Категория:проектный конкурс Отчизна Дон Кихотов]]
[[Категория:1812]]

Участница:Улкар Мамедова

2012-04-21T16:38:21Z

Улкар Мамедова: /* Общие сведения */

== Общие сведения ==

'''Имя Фамилия:''' Улкар Мамедова

'''Класс:''' 6"Б"

'''Место обучения:''' МОУ лицей №2.[http://lic2.admsurgut.ru ]

'''Дата рождения:''' 06.12.1999

'''Место жительства: '''г.Сургут [http://ru.wikipedia.org/wiki/Сургут]

'''Мои достижения:''' Я участвовала, также участвую в школных и всероссийских олимпиадах.

'''Друзья:''' [[Участник:Мария Проводникова|Проводникова Мария]], [[Участник:Анциферова Анна|Анциферова Анна]],
[[Участник:Третьяков Дмитрий|Третьяков Дмитрий]],[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]], [[Участник:Сайфуллин Булат|Сайфуллин Булат]], [[Участник:Екатерина Рубан|Екатерина Рубан]], [[Участник:Хуруджи Юлия|Хуруджи Юлия]], [[Участник:Самаров Михаил|Самаров Михаил]], [[Участник:Плотников Игорь|Игорь Плотников]], [[Участник:Быстров Максим|Быстров Максим]], [[Участник:Кудрина Евгения|Кудрина Евгения]], [[Участник:Анастасия Акулова|Анастасия Акулова]], [[Участник:Зуй Юля|Зуй Юля]], [[Участник:Усманова Злата|Усманова Злата]], [[Участник:Даниил Брагин|Даниил Брагин]].

'''Моя исследовательская работа:''' [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php?title=%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_%D0%BD%D0%B0%D0%BF%D0%B8%D1%81%D0%B0%D1%82%D1%8C&action=edit&redlink=1 Женские лики 1812 года]

[[Категория:Ханты-Мансийский автономный округ - Югра]]
[[Категория:Сургут]]
[[Категория:Проектный конкурс Отчизна Дон Кихотов]]
[[Категория:Ученик]]

== Знакомьтесь: это я! ==

Участники проектного конкурса Отчизна Дон Кихота, 2012

2012-04-21T16:34:17Z

Улкар Мамедова: /* Тематика "Юбилеи воинской славы России" */

Пример регистрации:
{| class="standard" border=1
|-
!Участник(и)||Руководитель (если есть)||Школа
|-
|Архипова Елизавета ||Маркина Лариса Анатольевна||МБОУ СОШ №32
|-
|}

<div style="background-color:#FF2F5a; font-size:1px;height:3px;border:1px solid #aaa;-moz-border-radius-topright:0.5em;-moz-border-radius-topleft:0.5em;"></div>

<div style="border:1px solid #FF2F5a;border-top:0px solid white;padding:5px 5px 0 5px;margin-bottom:3ex;background-color:#FFF0F5;">

<p style="text-align:center;font-size:150%;color:#004F5a"> '''Уважаемые участники конкурса!''' </p>

1. Обращаем ваше внимание на то, что названия статей на сайте СурВики не должно начинаться с кавычек (какими бы они не были)!!!

Пример '''неправильного''' названия статьи: '''"Юбилеи воинской славы России"'''.

Пример '''правильного''' названия статьи:''' Юбилеи воинской славы России'''.

2. Напоминаем, что''' все страницы-статьи СурВики, участвующие в конкурсе должны быть категоризированы'''!!!
<p style="text-align:right "> Организаторы конкурса. </p>

</div>

== Тематика "Юбилеи воинской славы России" ==

{| class="standard" border=1
|-
!Участник(и)||Руководитель (если есть)||Школа || Тема проекта
|-
|Архипова Елизавета||Маркина Лариса Анатольевна||МБОУ СОШ №32 ||Бородинское сражение
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%A2%D1%80%D0%B0%D1%88%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%B0_%D0%94%D0%B0%D1%80%D1%8C%D1%8F Трашкова Дарья ]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%A1%D1%82%D0%B5%D1%86%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%9D%D0%B0%D0%B4%D0%B5%D0%B6%D0%B4%D0%B0_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B5%D0%B5%D0%B2%D0%BD%D0%B0 Стецкая Н.А.]...|| [http://ososh1.admsurgut.ru/about/ МБВ(с)ОУО(с)ОШ № 1]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%9E%D0%B1%D1%81%D1%83%D0%B6%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5_%D1%83%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B0:%D0%A2%D1%80%D0%B0%D1%88%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%B0_%D0%94%D0%B0%D1%80%D1%8C%D1%8F Недаром помнит вся Россия про день Бородина!]...
|-
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:Inf-77 Харонов Аюб]|| [[Inf-7|Дыбченко Анна Викторовна]]|| [http://ososh1.admsurgut.ru/about/ МБВ(с)ОУО(с)ОШ № 1]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%91%D0%9E%D0%A0%D0%9E%D0%94%D0%98%D0%9D%D0%9E:%D0%94%D0%98%D0%A1%D0%9A%D0%A3%D0%A1%D0%A1%D0%98%D0%AF_%D0%94%D0%92%D0%A3%D0%A5_%D0%A1%D0%A2%D0%9E%D0%9B%D0%95%D0%A2%D0%98%D0%99 БОРОДИНО:ДИСКУССИЯ ДВУХ СТОЛЕТИЙ]
|-
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Аня_Самодурова Самодурова Аня, Таня Крашенниникова]|| Уманец Г.М....|| [http://progim.admsurgut.ru/ МБОУ "Прогимназия"]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Аня_Самодурова Герои войны 1812 года]...
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%A1%D0%BE%D0%B4%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2 Содиков Абдувахоб]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Авдюкова_Татьяна Авдюкова Т.Д.]||[http://school32.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №32]|| [[О доблестях, о подвигах, о славе]]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Екатерина_Рубан#.D0.9E.D0.B1.D1.89.D0.B8.D0.B5_.D1.81.D0.B2.D0.B5.D0.B4.D0.B5.D0.BD.D0.B8.D1.8F Екатерина Рубан||[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]]]||[http://lic2.admsurgut.ru МБОУ лицей №2]|| [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Статья_создать Солдат, поэт и вольнодумец...]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Кудрина_Евгения Кудрина Е.В.], [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Хуруджи_Юлия Хуруджи Ю.М.]||[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]]||[http://lic2.admsurgut.ru МБОУ лицей №2]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A1%D0%BE%D0%B7%D0%B4%D0%B0%D1%82%D1%8C_%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F День воинской славы россии]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Самаров_Михаил Самаров М.Е.], [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Булат_Сайфуллин Сайфуллин Б.Д.]||[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]]||[http://lic2.admsurgut.ru МБОУ лицей №2]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Вооружение_1812_года Вооружение 1812 года]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Улкар_Мамедова Мамедова У.Э.]||[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]]||[http://lic2.admsurgut.ru МБОУ лицей №2]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php?title=%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_%D0%BD%D0%B0%D0%BF%D0%B8%D1%81%D0%B0%D1%82%D1%8C&action=edit&redlink=1 Женские лики 1812 года]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%94%D0%BC%D0%B8%D1%82%D1%80%D0%B8%D0%B9_%D0%A2%D1%80%D0%B5%D1%82%D1%8C%D1%8F%D0%BA%D0%BE%D0%B2 Третьяков Дмитрий]||[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]]||[http://lic2.admsurgut.ru МБОУ лицей №2]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php?title=%D0%A1%D0%B8%D0%B1%D0%B8%D1%80%D1%8F%D0%BA%D0%B8_%D0%B2%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D0%B5_1812_%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0&action=edit&redlink=1 Сибиряки в войне 1812 года]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Брагин_Даниил Брагин Даниил]||[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]]||[http://lic2.admsurgut.ru МБОУ лицей №2]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Две_точки_одной_войны_(_Бородинская_битва_и_сражение_при_Монмартре) Две точки одной войны (Бородинская битва и сражение при Монмартре)]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%9F%D0%BE%D0%BB%D1%8F%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%B0_%D0%A2%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F%D0%BD%D0%B0 Полякова Татьяна]||[[Участник: Заречнева Елена Викторовна|Заречнева Елена Викторовна]]||[http://school15.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №15]||[[Василиса Кожина - история одного подвига]]
|-
|Махмутшина Камила||Дудникова О.А.||[http://school44.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №44]||"200 лет под землей: останки от Бородинского сражения"
|-
||[[Участник:Шмат Дарья|Шмат Дарья]]||[[Участник:Файзырова Эльмира Фанузовна|Файзырова Э.Ф.]]||[http://school5.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 5]|| "Война 1812 года..."
|-
|Акинина Вероника||Полякова Е.И.||[http://school32.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №32]||Бородинское сражение 1812 года
|-
|Кондаков Иван||Полякова Е.И.||[http://school32.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №32]||Куликовская битва
|-
|Дубинина Антонина||Полякова Е.И.||[http://school32.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №32]||Бородинское сражение 1812 года
|-
|[[Участник:Скорба_Снежанна|Скорба Снежанна]],[[Участник:Баймуратова_Анастасия| Баймуратова Анастасия]]||[[Участник:Андрианова_Светлана_Ивановна|Андрианова Светлана Ивановна]]|| [http://school35.admsurgut.ru/ МБОУ ООШ №35]||Бородинская битва в произведениях литературы
|-
|[[Участник:Алина_Исламова|Исламова Алина]]||[[Участник:Андрианова_Светлана_Ивановна|Андрианова Светлана Ивановна]]|| [http://school35.admsurgut.ru/ МБОУ ООШ №35]||Бородинская битва
|-
|[[Участник:Мигунов_Антон|Мигунов Антон]]||Панасюк Н.А.||[http://school12.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №12]||Бородинское сражение 1812 года
|-
|[[Участник:Саядян Артем|Саядян Артем]]||[[Участник:Ромасенко Ирина Нуртдиновна|Ромасенко И.Н.]]||[http://school10.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 10 с углубленным изучением отдельных предметов]||[[Battle of Rossia ]]...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|}

http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Брагин_Даниил

== Тематика "Поход Ермака в Сибирь" ==

{| class="standard" border=1
|-
!Участник(и)||Руководитель (если есть)||Школа || Тема проекта
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%98%D0%B2%D0%B0%D0%BD_%D0%91%D1%80%D0%B0%D0%B3%D0%B8%D0%BD Cрагин Иван]||М.А. Сырьева||МБОУ СОШ №20|| "Покорение Сибири Ермаком"
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%9E%D1%81%D0%BE%D1%881 Сабитова Людмила ]|| [[Inf-7|Дыбченко Анна Викторовна]]|| [http://ososh1.admsurgut.ru/about/ МБВ(с)ОУО(с)ОШ № 1]||[[Поход дружины Ермака в Сибирь]]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%A1%D0%B0%D0%BC%D0%B8%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D0%BA%D0%BE_%D0%90%D0%BD%D0%BD%D0%B0 Самиленко Анна]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Авдюкова_Татьяна Авдюкова Т.Д.]||[http://school32.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №32]|| [[Зачем Ермак в Сибирь ходил?]]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%91%D1%83%D1%85%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B0_%D0%AD%D0%BB%D0%B5%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D1%80%D0%B0 Бухонова Элеонора]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Авдюкова_Татьяна Авдюкова Т.Д.]||[http://school32.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №32]|| [[Поход Ермака и его историческое значение]]
|-
|[[Участник:Суботьялова Дарья|Суботьялова Дарья]]||[[Участник:Скуряева Надежда Михайловна|Скуряева Надежда Михайловна]], [[Участник:Прокопенко Юля Сергеевна|Прокопенко Юлия Сергеевна]], [[Участник:Громова Светлана Федоровна|Громова Светлана Федоровна]]||[http://school1.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 1]
||[[Мой подарок-сибирские земли!]]
|-
|[[Участник:Саядян Артем|Саядян Артем]]||[[Участник:Крупенина Наталья Викторовна|Крупенина Н.В.]]||[http://school10.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 10 с углубленным изучением отдельных предметов]|| [[Поход Ермака в Сибирь]]
|-
|[[Участник:Дмитрий Целищев|Дмитрий Целищев]]||[[Участник:Громова Светлана Федоровна|Громова Светлана Федоровна]]||[http://school1.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 1]||[[Ермак и снежная пустыня]]
|-
||[[Участник:Головина Оксана|Головина Оксана]]||[[Участник:Тодорица Наталья|Тодорица Н.М]]||[http://school5.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 5]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Ермак Ермак]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%9F%D0%BB%D0%BE%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2_%D0%98%D0%B3%D0%BE%D1%80%D1%8C Плотников Игорь,] [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%95%D0%B3%D0%BE%D1%80_%D0%A1%D0%B2%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D0%B2%D1%86%D0%BE%D0%B2 Свиставцов Егор]||[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]]||[http://lic2.admsurgut.ru МБОУ лицей №2]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php?title=%D0%9F%D0%BE%D1%85%D0%BE%D0%B4_%D0%95%D1%80%D0%BC%D0%B0%D0%BA%D0%B0_%D0%B2_%D1%81%D0%B8%D0%B1%D0%B8%D1%80%D1%8C&action=edit&redlink=1 Поход Ермака в Сибирь]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%91%D1%8B%D1%81%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%B2_%D0%9C%D0%B0%D0%BA%D1%81%D0%B8%D0%BC Быстров Максим]|| [[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]]||[http://lic2.admsurgut.ru МБОУ лицей №2]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%9D%D0%B0%D0%BF%D0%B8%D1%81%D0%B0%D1%82%D1%8C_%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F Предтечи и последователи Ермака в освоение Сибири]
|-
|Жутикова Юлия, Григорьев Дмитрий||Полякова Е.И.||[http://school32.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №32]||Поход Ермака в Сибирь
|-
|[[Лопушан Даниил]]||[[Громенюк Анна Вячеславовна]]||[http://school10.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №10]|| [[Походы Ермака и освоение Сибири]]
|-

|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|}

== Тематика "1150 лет зарождения российской государственности" ==

{| class="standard" border=1
|-
!Участник(и)||Руководитель (если есть)||Школа || Тема проекта
|-
|Маляева Екатерина||Переседова Анастасия Юрьевна||МБОУ СОШ №32 || 1150 лет зарождения российской государственности
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%91%D0%B0%D0%B1%D0%B8%D0%B9 Бабий Мария]|| [[Inf-7|Дыбченко Анна Викторовна]]|| [http://ososh1.admsurgut.ru/about/ МБВ(с)ОУО(с)ОШ № 1]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/1150_%D0%BB%D0%B5%D1%82_%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%B3%D0%BE%D1%81%D1%83%D0%B4%D0%B0%D1%80%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8 1150 лет российской государственности]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%92%D0%B5%D1%87%D0%B5%D1%80%D0%BA%D0%B0 Кельмин Михаил]|| [[Участник:Казлаускас Ольга|Казлаускас Ольга Николаевна]]|| [http://ososh1.admsurgut.ru/about/ МБВ(с)ОУО(с)ОШ № 1]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/1150_%D0%BB%D0%B5%D1%82_%D0%B7%D0%B0%D1%80%D0%BE%D0%B6%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F_%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%B3%D0%BE%D1%81%D1%83%D0%B4%D0%B0%D1%80%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8 1150 лет зарождения российской государственности]
|-
|[[Громенюк Артем..]] ||[[Громенюк Анна Вячеславовна]]||[http://school10.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 10 с углубленным изучением отдельных предметов]|| [[История зарождения российской государственности]]
|-
|[[Сивцова Диана]]||[[Громенюк Анна Вячеславовна]]||[http://school10.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 10 с углубленным изучением отдельных предметов]||[[Слава государства Российского]]
|-
|[[Участник:Базуева Анна]]||[[Участник:Светлана Вячеславовна Юхта]]||[http://school15.admsurgut.ru/МБОУ СОШ №15]||[[Русь изначальная]]
|-
|[[Участник:Прохорова Екатерина]]||[[Участник:Поспелова Т. Ю.]]||[http://school10.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 10 с углубленным изучением отдельных предметов]||[http://www.surwiki.ru/wiki/images/b/b5/%D0%9F%D1%80%D0%BE%D0%B5%D0%BA%D1%82_%D0%B4%D0%BE%D0%BD_%D0%BA%D0%B8%D1%85%D0%BE%D1%82.pdf Зарождение российской государственности]
|-
|[[Шухардина Екатерина]]||[[Савенков П.В]]||[http://school29.admsurgut.ru МБОУ СОШ №29]||К 1150 летию Российской государственности
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|}

== Тематика "Петр Столыпин – 150-летие со дня рождения" ==

{| class="standard" border=1
|-
!Участник(и)||Руководитель (если есть)||Школа || Тема проекта
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%A1%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B4%D0%BE%D0%B2_%D0%95%D0%B2%D0%B3%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B9 Солодов Евгений]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%9D%D0%B0%D1%83%D0%BC%D0%BE%D1%87%D0%BA%D0%B8%D0%BD%D0%B0_%D0%98%D1%80%D0%B8%D0%BD%D0%B0_%D0%A1%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%B5%D0%B5%D0%B2%D0%BD%D0%B0 Наумочкина И. С.]|| [http://ososh1.admsurgut.ru МБВ(с)ОУ О(с)ОШ №1]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%9E%D0%B1%D1%81%D1%83%D0%B6%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5_%D1%83%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B0:%D0%A1%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B4%D0%BE%D0%B2_%D0%95%D0%B2%D0%B3%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B9 Роль "столыпинских" реформ в истории российского государства...]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%92%D0%B5%D1%87%D0%B5%D1%80%D0%BA%D0%B01 Пацюк Татьяна]|| [[Участник:Казлаускас Ольга|Казлаускас Ольга Николаевна]]|| [http://ososh1.admsurgut.ru/about/ МБВ(с)ОУО(с)ОШ № 1]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%90%D0%93%D0%A0%D0%90%D0%A0%D0%9D%D0%90%D0%AF_%D0%A0%D0%95%D0%A4%D0%9E%D0%A0%D0%9C%D0%90_%D0%A1%D0%A2%D0%9E%D0%9B%D0%AB%D0%9F%D0%98%D0%9D%D0%90_%D0%98_%D0%95%D0%95_%D0%9F%D0%9E%D0%A1%D0%9B%D0%95%D0%94%D0%A1%D0%A2%D0%92%D0%98%D0%AF АГРАРНАЯ РЕФОРМА СТОЛЫПИНА И ЕЕ ПОСЛЕДСТВИЯ]
|-
|[[Жабин Петр]]|| [[Inf-7|Дыбченко Анна Викторовна]]|| [http://ososh1.admsurgut.ru/about/ МБВ(с)ОУО(с)ОШ № 1]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A0%D0%B5%D1%84%D0%BE%D1%80%D0%BC%D1%8B_%D0%A1%D1%82%D0%BE%D0%BB%D1%8B%D0%BF%D0%B8%D0%BD%D0%B0 Реформы Столыпина]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%92%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D1%80%D0%B8%D1%8F_%D0%96%D0%B5%D0%BB%D0%B5%D0%B7%D0%BD%D1%8F%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%B0 Валерия_Железнякова]||[[Участник:Андрианова_Светлана_Ивановна|Андрианова Светлана Ивановна]]||[http://school35.admsurgut.ru/ МБОУ ООШ №35]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A2%D0%B5%D0%BC%D0%B0_%D0%B8%D1%81%D1%81%D0%BB%D0%B5%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%8F Пётр Аркадьевич Столыпин и современный политик]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Петунина_Ольга Петунина Ольга]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Авдюкова_Татьяна Авдюкова Т.Д.]||[http://school32.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №32]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Великий_реформатор_России Великий реформатор России]
|-
|[[Участник:Анастасия Маршавина|Маршавина Анастасия]], [[Участник:Тодорица Екатерина|Тодорица Екатерина]], [[Участник:Тодорица Мария|Тодорица Мария]]||[[Участник:Тодорица Наталья|Тодорица Н.М.]], [[Участник:Тодорица Василий|Тодорица В.Н.]]||[http://school5.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 5], [http://gim2.admsurgut.ru гимназия №2]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Путь_человека_в_судьбе_России Путь человека в судьбе России]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%A2%D0%B0%D0%BC%D0%B0%D0%B7%D0%BB%D1%8B%D0%BA%D0%B0%D1%80%D1%8C_%D0%94%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%B8%D0%BB Тамазлыкарь Даниил]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%A7%D0%B5%D1%80%D0%BD%D1%8F%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%A2.%D0%9F. Чернявская Т.П.]||[http://school44.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №44]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%98%D0%BC_%D0%BD%D1%83%D0%B6%D0%BD%D1%8B_%D0%B2%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%BA%D0%B8%D0%B5_%D0%BF%D0%BE%D1%82%D1%80%D1%8F%D1%81%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F,_%D0%BD%D0%B0%D0%BC_%D0%BD%D1%83%D0%B6%D0%BD%D0%B0_%D0%92%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%A0%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%8F Им нужны великие потрясения, нам нужна Великая Россия]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%90%D0%BC%D0%B8%D1%80%D1%8F%D0%BD_%D0%90%D1%80%D0%BC%D0%B8%D0%BD%D1%8D Амирян Арминэ]||[[Участник:Андрианова_Светлана_Ивановна|Андрианова Светлана Ивановна]]||[http://school35.admsurgut.ru/ МБОУ ООШ №35]||Реформы Столыпина П. А. и современная Россия
|-
|[[Громенюк Анна Вячеславовна]] ||...||[http://school10.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 10 с углубленным изучением отдельных предметов]|| [[Пути модернизации России: от реформ Столыпина к современной России]]

|-
|[[Участник:Андрей Корнишев|Корнишев А.]] [[Участник:Коротаев Максим|Коротаев М. ]][[Андрей Кисель]]
||[[Участник:Ткаченко Нина Анатольевна|Ткаченко Нина Анатольевна]],[[Участник:Громова Светлана Федоровна|Громова Светлана Федоровна]]||[http://school1.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 1]||[[Жизнь в России меняется]]
|-

|[[Участники:Безрукова Елизавета, Захарченко Александра]]||[[Участник:Викулкина Елена Сергеевна|Викулкина Е.С.]]||[http://school10.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 10 с углубленным изучением отдельных предметов]|| [[Пётр Аркадьевич Столыпин - глава большой семьи]]
|-
|...||...||...||...
|}

== Тематика "Путешествие иностранцев в Югру" ==

{| class="standard" border=1
|-
!Участник(и)||Руководитель (если есть)||Школа || Тема проекта
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%A1%D0%B0%D1%84%D0%B0%D1%80%D0%BE%D0%B2_%D0%90%D1%80%D1%82%D0%B5%D0%BC Сафаров Артём]||[[Кузнецова А.К.]]||[http://nsportal.ru/site/31486 МБОУ СОШ № 8 им. Сибирцева А.Н]||[[Еще мужи старии ходили за Югру и Самоядь..]]
|-
|[[Участник:Лисянская Анна Сергеевна|Лисянская Анна ]]||[[Участник:Громова Светлана Федоровна|Громова Светлана Федоровна]]||[http://school1.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 1]||[[ЮГОРСКИЙ НАВИГАТОР]]
|...|
|-
|[[Участник:Стерлецкая Кристина Сергеевна|Стерлецкая Кристина]], [[Участник:Дворякова Елена Николаевна|Дворякова Елена]], [[Участник:Хасанова Илона|Хасанова Илона]], [[Участник:Ермакова Елена|Ермакова Елена]]||[[Участник:Громова Светлана Федоровна|Громова Светлана Федоровна]]||[http://school1.admsurgut.ru МБОУ СОШ №1]||[[Иллюзия вечной зимы]]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%9C%D0%B0%D1%80%D0%B8%D1%8F_%D0%90%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%B5%D0%B5%D0%B2%D0%BD%D0%B0_%D0%A2%D0%B8%D1%82%D0%B0%D1%80%D0%B5%D0%BD%D0%BA%D0%BE Титаренко Мария]
|[[Участник:Громова Светлана Федоровна|Громова Светлана Федоровна]]||[http://school1.admsurgut.ru МБОУ СОШ №1]||[[Увидеть Югру - полюбить Россию]]
|-
|-
|[[Участник:Еремеева Екатерина|Еремеева Екатерина]], [[Участник:Шамсутдинова Мария|Шамсутдинова Мария]]||[[Участник:Милютина Людмила|Милютина Людмила Ивановна]]||[http://school20.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 20]||[[Географические и этнографические экспедиции европейских исследователей в Югру]]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Анастасия_Акулова Акулова А.], [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Усманова_Злата Усманова З.], [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Зуй_Юля Зуй Ю.]||[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]]||[http://lic2.admsurgut.ru МБОУ лицей №2]||Путешествие иностранцев в Югру
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Мария_Проводникова Проводникова М.С.]||[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]]||[http://lic2.admsurgut.ru МБОУ лицей №2]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%9F%D1%83%D1%82%D0%B5%D1%88%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B8%D0%B5_%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BD%D1%86%D0%B5%D0%B2_%D0%B2_%D0%AE%D0%B3%D1%80%D1%83 Путешествие иностранцев в Югру]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%A2%D1%8B%D1%89%D0%B5%D0%BD%D0%BA%D0%BE_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80 Тыщенко Александр]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Авдюкова_Татьяна Авдюкова Т.Д.]||[http://school32.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №32]|| [[Югра для иностранцев]]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%9A%D1%83%D1%80%D0%B3%D0%B0%D0%BD%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%B0_%D0%90%D0%BB%D0%B8%D0%BD%D0%B0 Курганникова Алина]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/Участник:Авдюкова_Татьяна Авдюкова Т.Д.]||[http://school32.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №32]|| Этнографический туризм в Югре
|-
|[[Участник:Шипилова_Алена|Шипилова Алена]], [[Участник:Илья|Роменский Илья]]||[[Участник:Шипилова_Елена|Шипилова Е.А.]], [[Участник:Фирсова|Фирсова Л.А]]||[http://school1.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 1]||[[Новые приключения Незнайки или перепелиная ферма в Цветочном городе]]
|-
|Гацко Артём||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%93%D0%B0%D1%86%D0%BA%D0%BE_%D0%95%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D0%B0_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%BD%D0%B0 Гацко Е.А.]||[http://school38.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №38]||[[Surgut Old and New]]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%9C%D0%B0%D1%80%D1%82%D1%8B%D0%BD%D0%B5%D0%BD%D0%BA%D0%BE_%D0%9B%D0%B8%D0%B7%D0%B0 Мартыненко Елизавета]|| [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%9A%D0%B0%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B0_%D0%9C%D0%B0%D1%80%D0%B8%D1%8F_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%BD%D0%B0 Каирова М.Н]||[http://school38.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №38]||[[My Handy Khanty Doll]]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%9A%D0%B0%D1%80%D1%82%D0%B0%D1%88%D0%BE%D0%B2_%D0%95%D0%B3%D0%BE%D1%80 Карташов Егор]|| [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%9A%D0%B0%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B0_%D0%9C%D0%B0%D1%80%D0%B8%D1%8F_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%BD%D0%B0 Каирова М.Н.]||[http://school38.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ №38]||[[Yugra Animal Symbols]]
|-
|[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%9A%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%BD%D0%B8%D0%BD%D0%B0_%D0%90%D0%BB%D0%B8%D0%BD%D0%B0 Калинина Алина] ||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A3%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA:%D0%98%D0%BD%D0%B5%D1%81%D1%81%D0%B0 Калинина И.Ю.]||[http://school32.admsurgut.ru/ МБОУ СОШ № 32]||[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%9F%D1%83%D1%82%D0%B5%D1%88%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B8%D0%B5_%D0%B2_%D0%AE%D0%B3%D1%80%D1%83 Путешествие в Югру]
|-
|[[Горлоченко Александра]]||[[Громенюк Анна Вячеславовна]]||[http://school10.admsurgut.ru МБОУ СОШ № 10 с углубленным изучением отдельных предметов]|| [[Русские сказки Югры]]
|-
|[[Виктория Платунова]]||[[Абузярова Гулира Нажиповна]]||[http://ososh1.admsurgut.ru/ ОСОШ №1]||[[http://www.surwiki.ru/wiki/index.php/%D0%A4%D1%80%D0%B0%D0%BD%D1%86%D1%83%D0%B7%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9_%D0%B0%D1%81%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%BC_%D0%B8_%D0%B5%D0%B3%D0%BE_%D1%80%D0%B0%D0%B1%D0%BE%D1%82%D0%B0_%D0%B2_%D0%A1%D0%B8%D0%B1%D0%B8%D1%80%D0%B8 Французский астроном и его работа в Сибири]]||
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|-
|...||...||...||...
|}

[[Категория:Проектный конкурс Отчизна Дон Кихотов]]

Женские лики 1812 года

2012-04-21T16:31:29Z

Улкар Мамедова: /* Автор проекта */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить её: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим её обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надёжная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своём доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

==Надежда Дурова==
[[Файл:1йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:2йБезымянный.png|200px|thumb|right]]
Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть её мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать её взаперти и лишать "юношеских радостей".
В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
[[Файл:4йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:3йБезымянный.png|200px|thumb|right]]
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге.
Сохранились ее "Записки"…

[[Файл:5йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:6йБезымянный.png|200px|thumb|left]]
Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями.

==Василиса Кожина==
[[Файл:7йБезымянный.png|200px|thumb|right]] В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты.
[[Файл:8й.png|200px|thumb|left]]
"Плетью обуха не перешибешь", — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
[[Файл:9й.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:10й.png|200px|thumb|left]]
[[Файл:11й.png|200px|thumb|right]]

В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча.
«К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.

На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".
Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».
[[Файл:12й.png|200px|thumb|left]]
Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''
[[Файл:13й.png|200px|thumb|right]]
Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''
[[Файл:14й.png|200px|thumb|left]]
В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

[[Файл:15й.png|200px|thumb|right]]
Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''
[[Файл:16й.png|200px|thumb|right]]

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

[[Файл:17й.png|200px|thumb|right]]
'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''
[[Файл:18й.png|200px|thumb|left]]

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.
[[Файл:19й.png|200px|thumb|right]]

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

[[Файл:20й.png|200px|thumb|left]]
'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

[[Файл:21й.png|200px|thumb|right]]
Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

==Интернет ресурсы==

http://superstyle.ru/07sep2011/zhenskie_liki_1812_goda

http://www.borodino2012.net/?p=7021

http://www.a-z.ru/women/texts/jukovar.htm

http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12

http://www.liveinternet.ru/journalshowcomments.php?jpostid=181965506&journalid=634766&go=next&categ=1

http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12

http://borodinbattl.amoti.ru/zhenschiny_na_voyne-307

http://tortuga.angarsk.su/fb2/anisie10/i_098.jpg Дурова Надежда Андреевна

http://az.lib.ru/d/durowa_n_a/text_0030.shtml Классика:Дурова Н.А.

http://hero-1812.narod.ru/p12.htm Дурова Н.А. портрет

http://kulichki.com/gusary/istoriya/slava/1812/durova.html Дурова -_портрет

http://elabuga-city.ru/articles-pamyatnik-kavalerist-devitse-durovoy-n-a.htm Дурова на коне - памятник

==Книги==

1. Бабкин В. И. Народное ополчение в Отечественной войне 1812 г. М., Соцэкгиз, 1962.

2. Бескровный Л. Г. Партизаны в Отечественной войне 1812 г. - вопросы истории, 1972, № 1,2.

3. Бородино, 1812. Б. С. Абалихин, Л. П. Богданов, В. П. Бучнева и др. П. А. Жилин (отв. Ред.) - М., Мысль, 1987.

4. Бородино. Документы, письма, воспоминания. М., Советская Россия, 1962.

5. Булычев М.Л. «История Саратовского края с древнейших времен до нач. XIX века

6. В.Г. Сироткин “Отечественная Война 1812 год”. Москва “Просвещение” 1988 год.

7. Гарнич, Н. Ф. 1812 год / Н. Ф. Гарнич. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.:

8. Госкульпросветиздат, 1956. - 286 с.

9. Дурова Н.А. Избранные сочинения кавалерист-девицы. – М., 1988.

10. Жизнь и подвиг Н.А. Дуровой в контексте истории и современности: Материалы НПК. – Сарапул, 2003.

11. Жилин П. А. Гибель наполеоновской армии в России. М., 1974. История Франции, т.2. М., 1973.

12. Кафенгауз, Б. Б. Герои Отечественной войны 1812 года / Б. Б. Кафенгауз, Г. А. Новицкий. - М.: Просвещение, 1966. - 131 с.

13. М.И. Кутузов – генерал-фельдмаршал “Письма, записки”. Москва “Военное издательство” 1989 г.

14. Меренкова, Т. Ординарец фельдмаршала / Т. Меренкова // В мире книг. - 1982. - № 9. - С. 58-59.

15. Михайлова, Н. И. Дурова Надежда Андреевна / Н. И. Михайлова // Русские

16. Надежда Андреевна Дурова (1783-1866) // История государства

17. Николаева. - М., 1990. - Ч.1 А-Л. - С. 290-291.

18. Орлик О. В. “Гроза двенадцатого года .”. М., 1987.

19. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.

20. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.

21. Пархаев. - М.: Дет. лит., 1991. - 240 с.: ил.

22. писатели: библиогр. слов.: в 2 ч. / редкол. Б. Ф. Егоров [и др.]; под ред. П. А.

23. посольство: ист. повести / / Я. С. Рыкачев. - М., 1960. - С. 267-345.

24. Пушкин В.А., Костин Б.А. Из единой любви к Отечеству. – М., 1988.

25. Российского: жизнеописание. XIX век. Первая половина. - М., 1997. - С. 169-

26. Рыкачев, Я. С. Надежда Дурова: [повесть] / Я. С. Рыкачев // Я. с. Великое

27. Тихонов, И. С. Дурова Надежда Андреевна / И. С. Тихонов // Отечественная война 1812 года: энциклопедия. - М., 2004. - С. 261-262.

28. Троицкий, Н. А. Великий год России / Н. А. Троицкий. - М.: Мысль, 1988. - 348 с.

29. Чарская, Л. А. Смелая жизнь: истор. повесть / Л. А. Чарская; худож. О.

30. Эрлихман В. Кавалерист-девица // ж. GEO/ - 2005. - № 8. – С. 131-136.

31. Юдина, И. женщина воин и писательница / И. Юдина // Рус. лит. - 1963. -№ 2. - С.130-135.

[[Категория:проектный конкурс Отчизна Дон Кихотов]]
[[Категория:1812]]

Участница:Улкар Мамедова

2012-04-21T16:30:06Z

Улкар Мамедова: /* Общие сведения */

== Общие сведения ==

'''Имя Фамилия:''' Улкар Мамедова

'''Класс:''' 6"Б"

'''Место обучения:''' МОУ лицей №2.[http://lic2.admsurgut.ru ]

'''Дата рождения:''' 06.12.1999

'''Место жительства: '''г.Сургут [http://ru.wikipedia.org/wiki/Сургут]

'''Мои достижения:''' Я участвовала, также участвую в школных и всероссийских олимпиадах. В этом учебном году я заняла второе место по математике, русскому языку, первое место по биологии.

'''Друзья:''' [[Участник:Мария Проводникова|Проводникова Мария]], [[Участник:Анциферова Анна|Анциферова Анна]],
[[Участник:Третьяков Дмитрий|Третьяков Дмитрий]],[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]], [[Участник:Сайфуллин Булат|Сайфуллин Булат]], [[Участник:Екатерина Рубан|Екатерина Рубан]], [[Участник:Хуруджи Юлия|Хуруджи Юлия]], [[Участник:Самаров Михаил|Самаров Михаил]], [[Участник:Плотников Игорь|Игорь Плотников]], [[Участник:Быстров Максим|Быстров Максим]], [[Участник:Кудрина Евгения|Кудрина Евгения]], [[Участник:Анастасия Акулова|Анастасия Акулова]], [[Участник:Зуй Юля|Зуй Юля]], [[Участник:Усманова Злата|Усманова Злата]], [[Участник:Даниил Брагин|Даниил Брагин]].

'''Моя исследовательская работа:''' [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php?title=%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_%D0%BD%D0%B0%D0%BF%D0%B8%D1%81%D0%B0%D1%82%D1%8C&action=edit&redlink=1 Женские лики 1812 года]

[[Категория:Ханты-Мансийский автономный округ - Югра]]
[[Категория:Сургут]]
[[Категория:Проектный конкурс Отчизна Дон Кихотов]]
[[Категория:Ученик]]

== Знакомьтесь: это я! ==

Участница:Улкар Мамедова

2012-04-21T15:35:48Z

Улкар Мамедова: /* Общие сведения */

== Общие сведения ==

'''Имя Фамилия:''' Улкар Мамедова

'''Класс:''' 6"Б"

'''Место обучения:''' МОУ лицей №2.[http://lic2.admsurgut.ru ]

'''Дата рождения:''' 06.12.1999

'''Место жительства: '''г.Сургут [http://ru.wikipedia.org/wiki/Сургут]

'''Мои достижения:''' Я участвовала, также участвую в школных и всероссийских олимпиадах. В этом учебном году я заняла второе место по математике, русскому языку, первое место по биологии.

'''Друзья:''' [[Участник:Мария Проводникова|Проводникова Мария]], [[Участник:Анциферова Анна|Анциферова Анна]],
[[Участник:Третьяков Дмитрий|Третьяков Дмитрий]],[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]], [[Участник:Сайфуллин Булат|Сайфуллин Булат]], [[Участник:Екатерина Рубан|Екатерина Рубан]], [[Участник:Хуруджи Юлия|Хуруджи Юлия]], [[Участник:Самаров Михаил|Самаров Михаил]], [[Участник:Плотников Игорь|Игорь Плотников]], [[Участник:Быстров Максим|Быстров Максим]], [[Участник:Кудрина Евгения|Кудрина Евгения]], [[Участник:Анастасия Акулова|Анастасия Акулова]], [[Участник:Зуй Юля|Зуй Юля]], [[Участник:Усманова Злата|Усманова Злата]], [[Участник:Даниил Брагин|Даниил Брагин]].

'''Моя исследовательская работа:''' [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php?title=%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_%D0%BD%D0%B0%D0%BF%D0%B8%D1%81%D0%B0%D1%82%D1%8C&action=edit&redlink=1 "Женские лики 1812 года"]

[[Категория:Ханты-Мансийский автономный округ - Югра]]
[[Категория:Сургут]]
[[Категория:Проектный конкурс Отчизна Дон Кихотов]]
[[Категория:Ученик]]

== Знакомьтесь: это я! ==

Участница:Улкар Мамедова

2012-04-16T06:03:57Z

Улкар Мамедова: /* Цель работы */

== Общие сведения ==

'''Имя Фамилия:''' Улкар Мамедова

'''Класс:''' 6"Б"

'''Место обучения:''' МОУ лицей №2.[http://lic2.admsurgut.ru ]

'''Дата рождения:''' 06.12.1999

'''Место жительства: '''г.Сургут [http://ru.wikipedia.org/wiki/Сургут]

'''Мои достижения:''' Я участвовала, также участвую в школных и всероссийских олимпиадах. В этом учебном году я заняла второе место по математике, русскому языку, первое место по биологии.

'''Друзья:''' [[Участник:Мария Проводникова|Проводникова Мария]], [[Участник:Анциферова Анна|Анциферова Анна]],
[[Участник:Третьяков Дмитрий|Третьяков Дмитрий]],[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]], [[Участник:Сайфуллин Булат|Сайфуллин Булат]], [[Участник:Екатерина Рубан|Екатерина Рубан]], [[Участник:Хуруджи Юлия|Хуруджи Юлия]], [[Участник:Самаров Михаил|Самаров Михаил]], [[Участник:Плотников Игорь|Игорь Плотников]], [[Участник:Быстров Максим|Быстров Максим]], [[Участник:Кудрина Евгения|Кудрина Евгения]], [[Участник:Анастасия Акулова|Анастасия Акулова]], [[Участник:Зуй Юля|Зуй Юля]], [[Участник:Усманова Злата|Усманова Злата]], [[Участник:Даниил Брагин|Даниил Брагин]].

'''Моя исследовательская работа:''' [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php?title=%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_%D0%BD%D0%B0%D0%BF%D0%B8%D1%81%D0%B0%D1%82%D1%8C&action=edit&redlink=1 "Женские лики 1812 года"]

== Знакомьтесь: это я! ==

Женские лики 1812 года

2012-04-16T06:03:22Z

Улкар Мамедова: /* Книги */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить её: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим её обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надёжная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своём доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть её мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать её взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

==Интернет ресурсы==

http://superstyle.ru/07sep2011/zhenskie_liki_1812_goda

http://www.borodino2012.net/?p=7021

http://www.a-z.ru/women/texts/jukovar.htm

http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12

http://www.liveinternet.ru/journalshowcomments.php?jpostid=181965506&journalid=634766&go=next&categ=1

http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12

http://borodinbattl.amoti.ru/zhenschiny_na_voyne-307

http://tortuga.angarsk.su/fb2/anisie10/i_098.jpg Дурова Надежда Андреевна

http://az.lib.ru/d/durowa_n_a/text_0030.shtml Классика:Дурова Н.А.

http://hero-1812.narod.ru/p12.htm Дурова Н.А. портрет

http://kulichki.com/gusary/istoriya/slava/1812/durova.html Дурова -_портрет

http://elabuga-city.ru/articles-pamyatnik-kavalerist-devitse-durovoy-n-a.htm Дурова на коне - памятник

==Книги==

1. Бабкин В. И. Народное ополчение в Отечественной войне 1812 г. М., Соцэкгиз, 1962.

2. Бескровный Л. Г. Партизаны в Отечественной войне 1812 г. - вопросы истории, 1972, № 1,2.

3. Бородино, 1812. Б. С. Абалихин, Л. П. Богданов, В. П. Бучнева и др. П. А. Жилин (отв. Ред.) - М., Мысль, 1987.

4. Бородино. Документы, письма, воспоминания. М., Советская Россия, 1962.

5. Булычев М.Л. «История Саратовского края с древнейших времен до нач. XIX века

6. В.Г. Сироткин “Отечественная Война 1812 год”. Москва “Просвещение” 1988 год.

7. Гарнич, Н. Ф. 1812 год / Н. Ф. Гарнич. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.:

8. Госкульпросветиздат, 1956. - 286 с.

9. Дурова Н.А. Избранные сочинения кавалерист-девицы. – М., 1988.

10. Жизнь и подвиг Н.А. Дуровой в контексте истории и современности: Материалы НПК. – Сарапул, 2003.

11. Жилин П. А. Гибель наполеоновской армии в России. М., 1974. История Франции, т.2. М., 1973.

12. Кафенгауз, Б. Б. Герои Отечественной войны 1812 года / Б. Б. Кафенгауз, Г. А. Новицкий. - М.: Просвещение, 1966. - 131 с.

13. М.И. Кутузов – генерал-фельдмаршал “Письма, записки”. Москва “Военное издательство” 1989 г.

14. Меренкова, Т. Ординарец фельдмаршала / Т. Меренкова // В мире книг. - 1982. - № 9. - С. 58-59.

15. Михайлова, Н. И. Дурова Надежда Андреевна / Н. И. Михайлова // Русские

16. Надежда Андреевна Дурова (1783-1866) // История государства

17. Николаева. - М., 1990. - Ч.1 А-Л. - С. 290-291.

18. Орлик О. В. “Гроза двенадцатого года .”. М., 1987.

19. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.

20. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.

21. Пархаев. - М.: Дет. лит., 1991. - 240 с.: ил.

22. писатели: библиогр. слов.: в 2 ч. / редкол. Б. Ф. Егоров [и др.]; под ред. П. А.

23. посольство: ист. повести / / Я. С. Рыкачев. - М., 1960. - С. 267-345.

24. Пушкин В.А., Костин Б.А. Из единой любви к Отечеству. – М., 1988.

25. Российского: жизнеописание. XIX век. Первая половина. - М., 1997. - С. 169-

26. Рыкачев, Я. С. Надежда Дурова: [повесть] / Я. С. Рыкачев // Я. с. Великое

27. Тихонов, И. С. Дурова Надежда Андреевна / И. С. Тихонов // Отечественная война 1812 года: энциклопедия. - М., 2004. - С. 261-262.

28. Троицкий, Н. А. Великий год России / Н. А. Троицкий. - М.: Мысль, 1988. - 348 с.

29. Чарская, Л. А. Смелая жизнь: истор. повесть / Л. А. Чарская; худож. О.

30. Эрлихман В. Кавалерист-девица // ж. GEO/ - 2005. - № 8. – С. 131-136.

31. Юдина, И. женщина воин и писательница / И. Юдина // Рус. лит. - 1963. -№ 2. - С.130-135.

Женские лики 1812 года

2012-04-16T06:02:23Z

Улкар Мамедова: /* Интернет ресурсы */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить её: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим её обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надёжная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своём доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть её мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать её взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

==Интернет ресурсы==

http://superstyle.ru/07sep2011/zhenskie_liki_1812_goda

http://www.borodino2012.net/?p=7021

http://www.a-z.ru/women/texts/jukovar.htm

http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12

http://www.liveinternet.ru/journalshowcomments.php?jpostid=181965506&journalid=634766&go=next&categ=1

http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12

http://borodinbattl.amoti.ru/zhenschiny_na_voyne-307

http://tortuga.angarsk.su/fb2/anisie10/i_098.jpg Дурова Надежда Андреевна

http://az.lib.ru/d/durowa_n_a/text_0030.shtml Классика:Дурова Н.А.

http://hero-1812.narod.ru/p12.htm Дурова Н.А. портрет

http://kulichki.com/gusary/istoriya/slava/1812/durova.html Дурова -_портрет

http://elabuga-city.ru/articles-pamyatnik-kavalerist-devitse-durovoy-n-a.htm Дурова на коне - памятник

==Книги==

1. Бабкин В. И. Народное ополчение в Отечественной войне 1812 г. М., Соцэкгиз, 1962.
2. Бескровный Л. Г. Партизаны в Отечественной войне 1812 г. - вопросы истории, 1972, № 1,2.
3. Бородино, 1812. Б. С. Абалихин, Л. П. Богданов, В. П. Бучнева и др. П. А. Жилин (отв. Ред.) - М., Мысль, 1987.
4. Бородино. Документы, письма, воспоминания. М., Советская Россия, 1962.
5. Булычев М.Л. «История Саратовского края с древнейших времен до нач. XIX века
6. В.Г. Сироткин “Отечественная Война 1812 год”. Москва “Просвещение” 1988 год.
7. Гарнич, Н. Ф. 1812 год / Н. Ф. Гарнич. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.:
8. Госкульпросветиздат, 1956. - 286 с.
9. Дурова Н.А. Избранные сочинения кавалерист-девицы. – М., 1988.
10. Жизнь и подвиг Н.А. Дуровой в контексте истории и современности: Материалы НПК. – Сарапул, 2003.
11. Жилин П. А. Гибель наполеоновской армии в России. М., 1974. История Франции, т.2. М., 1973.
12. Кафенгауз, Б. Б. Герои Отечественной войны 1812 года / Б. Б. Кафенгауз, Г. А. Новицкий. - М.: Просвещение, 1966. - 131 с.
13. М.И. Кутузов – генерал-фельдмаршал “Письма, записки”. Москва “Военное издательство” 1989 г.
14. Меренкова, Т. Ординарец фельдмаршала / Т. Меренкова // В мире книг. - 1982. - № 9. - С. 58-59.
15. Михайлова, Н. И. Дурова Надежда Андреевна / Н. И. Михайлова // Русские
16. Надежда Андреевна Дурова (1783-1866) // История государства
17. Николаева. - М., 1990. - Ч.1 А-Л. - С. 290-291.
18. Орлик О. В. “Гроза двенадцатого года .”. М., 1987.
19. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.
20. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.
21. Пархаев. - М.: Дет. лит., 1991. - 240 с.: ил.
22. писатели: библиогр. слов.: в 2 ч. / редкол. Б. Ф. Егоров [и др.]; под ред. П. А.
23. посольство: ист. повести / / Я. С. Рыкачев. - М., 1960. - С. 267-345.
24. Пушкин В.А., Костин Б.А. Из единой любви к Отечеству. – М., 1988.
25. Российского: жизнеописание. XIX век. Первая половина. - М., 1997. - С. 169-
26. Рыкачев, Я. С. Надежда Дурова: [повесть] / Я. С. Рыкачев // Я. с. Великое
27. Тихонов, И. С. Дурова Надежда Андреевна / И. С. Тихонов // Отечественная война 1812 года: энциклопедия. - М., 2004. - С. 261-262.
28. Троицкий, Н. А. Великий год России / Н. А. Троицкий. - М.: Мысль, 1988. - 348 с.
29. Чарская, Л. А. Смелая жизнь: истор. повесть / Л. А. Чарская; худож. О.
30. Эрлихман В. Кавалерист-девица // ж. GEO/ - 2005. - № 8. – С. 131-136.
31. Юдина, И. женщина воин и писательница / И. Юдина // Рус. лит. - 1963. -№ 2. - С.130-135.

Женские лики 1812 года

2012-04-16T06:00:45Z

Улкар Мамедова:

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить её: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим её обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надёжная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своём доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть её мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать её взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

==Интернет ресурсы==

http://superstyle.ru/07sep2011/zhenskie_liki_1812_goda
http://www.borodino2012.net/?p=7021
http://www.a-z.ru/women/texts/jukovar.htm
http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12
http://www.liveinternet.ru/journalshowcomments.php?jpostid=181965506&journalid=634766&go=next&categ=1
http://waterloo.ucoz.ru/index/biografii_geroev_vojny_1812_goda/0-12
http://borodinbattl.amoti.ru/zhenschiny_na_voyne-307
http://tortuga.angarsk.su/fb2/anisie10/i_098.jpg Дурова Надежда Андреевна
http://az.lib.ru/d/durowa_n_a/text_0030.shtml Классика:Дурова Н.А.
http://hero-1812.narod.ru/p12.htm Дурова Н.А. портрет
http://kulichki.com/gusary/istoriya/slava/1812/durova.html Дурова -_портрет
http://elabuga-city.ru/articles-pamyatnik-kavalerist-devitse-durovoy-n-a.htm Дурова на коне - памятник

==Книги==

1. Бабкин В. И. Народное ополчение в Отечественной войне 1812 г. М., Соцэкгиз, 1962.
2. Бескровный Л. Г. Партизаны в Отечественной войне 1812 г. - вопросы истории, 1972, № 1,2.
3. Бородино, 1812. Б. С. Абалихин, Л. П. Богданов, В. П. Бучнева и др. П. А. Жилин (отв. Ред.) - М., Мысль, 1987.
4. Бородино. Документы, письма, воспоминания. М., Советская Россия, 1962.
5. Булычев М.Л. «История Саратовского края с древнейших времен до нач. XIX века
6. В.Г. Сироткин “Отечественная Война 1812 год”. Москва “Просвещение” 1988 год.
7. Гарнич, Н. Ф. 1812 год / Н. Ф. Гарнич. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.:
8. Госкульпросветиздат, 1956. - 286 с.
9. Дурова Н.А. Избранные сочинения кавалерист-девицы. – М., 1988.
10. Жизнь и подвиг Н.А. Дуровой в контексте истории и современности: Материалы НПК. – Сарапул, 2003.
11. Жилин П. А. Гибель наполеоновской армии в России. М., 1974. История Франции, т.2. М., 1973.
12. Кафенгауз, Б. Б. Герои Отечественной войны 1812 года / Б. Б. Кафенгауз, Г. А. Новицкий. - М.: Просвещение, 1966. - 131 с.
13. М.И. Кутузов – генерал-фельдмаршал “Письма, записки”. Москва “Военное издательство” 1989 г.
14. Меренкова, Т. Ординарец фельдмаршала / Т. Меренкова // В мире книг. - 1982. - № 9. - С. 58-59.
15. Михайлова, Н. И. Дурова Надежда Андреевна / Н. И. Михайлова // Русские
16. Надежда Андреевна Дурова (1783-1866) // История государства
17. Николаева. - М., 1990. - Ч.1 А-Л. - С. 290-291.
18. Орлик О. В. “Гроза двенадцатого года .”. М., 1987.
19. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.
20. Оськин А.И. Надежда Дурова – героиня Отечественной войны 1812 года. – М., 1962.
21. Пархаев. - М.: Дет. лит., 1991. - 240 с.: ил.
22. писатели: библиогр. слов.: в 2 ч. / редкол. Б. Ф. Егоров [и др.]; под ред. П. А.
23. посольство: ист. повести / / Я. С. Рыкачев. - М., 1960. - С. 267-345.
24. Пушкин В.А., Костин Б.А. Из единой любви к Отечеству. – М., 1988.
25. Российского: жизнеописание. XIX век. Первая половина. - М., 1997. - С. 169-
26. Рыкачев, Я. С. Надежда Дурова: [повесть] / Я. С. Рыкачев // Я. с. Великое
27. Тихонов, И. С. Дурова Надежда Андреевна / И. С. Тихонов // Отечественная война 1812 года: энциклопедия. - М., 2004. - С. 261-262.
28. Троицкий, Н. А. Великий год России / Н. А. Троицкий. - М.: Мысль, 1988. - 348 с.
29. Чарская, Л. А. Смелая жизнь: истор. повесть / Л. А. Чарская; худож. О.
30. Эрлихман В. Кавалерист-девица // ж. GEO/ - 2005. - № 8. – С. 131-136.
31. Юдина, И. женщина воин и писательница / И. Юдина // Рус. лит. - 1963. -№ 2. - С.130-135.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:55:02Z

Улкар Мамедова: /* Героини 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:51:28Z

Улкар Мамедова: /* Краткая аннотация проекта */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить её: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим её обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надёжная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своём доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:49:30Z

Улкар Мамедова: /* Заключение */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить ее: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим ее обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надежная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своем доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:49:13Z

Улкар Мамедова: /* Заключение */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить ее: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим ее обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надежная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своем доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
_____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:48:51Z

Улкар Мамедова: /* Заключение */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить ее: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим ее обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надежная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своем доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:48:33Z

Улкар Мамедова: /* Заключение */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить ее: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим ее обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надежная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своем доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:48:04Z

Улкар Мамедова: /* Заключение */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить ее: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим ее обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надежная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своем доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:47:38Z

Улкар Мамедова: /* Заключение */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить ее: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим ее обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надежная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своем доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Данный материал можно использовать на уроках истории и при проведении внеклассных мероприятий. Мы надеемся, что он будет интересен и полезен всем, кто интересуется историей.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:46:38Z

Улкар Мамедова: /* Женское патриотическое общество */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить ее: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим ее обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надежная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своем доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.

При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.

Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:45:51Z

Улкар Мамедова: /* Женское патриотическое общество */

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить ее: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим ее обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надежная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своем доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

'''Елизавета Марковна Оленина'''

С самого начала деятельности женского благотворительного Общества среди его основательниц мы находим имя Елизаветы Марковны Олениной, жены президента Академии художеств и директора Публичной библиотеки А.Н.Оленина. Впоследствии в члены Общества в 1814 году вступили ее мать, Агафоклея Александровна Полторацкая и сестра Агафоклея Марковна Сухарева. Следовательно, почти вся женская половина семьи Олениных имела отношение к деятельности общества, принимала в ней активное участие. Это те самые Оленины, которые были дружны с Пушкиным.

'''Зинаида Николаевна Волконская'''

Членом Общества была с 1813 года «царица муз и красоты» (Пушкин) Зинаида Александровна Волконская, превратившая проводы М.Н.Волконской в сибирскую ссылку в политическую демонстрацию

'''Татьяна Васильевна Голицына'''

Татьяна Васильевна одной из первых вступила в Патриотическое общество, основанное в 1812 году императрицей Елизаветой Алексеевной.
При участии княгини Голицыной был основан Дом трудолюбия, позднее преобразованный в Елизаветинский институт благородных девиц, который позволял получать образование дочерям младших офицеров и чиновников. Позже Татьяна Васильевна основывает Благотворительное общество, которое в числе прочего занялось устройством в Москве школ рукоделия для девочек. Татьяна Васильевна была пожалована в статс-дамы. Так же княгиня Голицына была награждена орденом Святой Екатерины 2 степени.
Участницам благотворительных заведений Императорского человеколюбивого общества вручались такие знаки.

==Заключение==

Отечественная война 1812 года окончилась победой русского народа. Не мала в этом и заслуга женщин, которые вместе с мужьями, братьями, любимыми встали на защиту своей земли. Над Родиной нависла смертельная опасность, народу грозило порабощение, родным очагам — разорение. Чувство гнева разгоралось в сердце каждого русского по мере того, как враг продвигался в глубь страны, сжигая деревни и села, насильничая над их обитателями, оскорбляя священные реликвии, грабя и увозя добытое трудом и потом. И хотя в манифесте Александра I были такие слова: «Да встретит враг в каждом дворянине — Пожарского, в каждом духовном — Палицына, в каждом горожанине — Минина», русский народ без подсказки определил степень беды, надвигавшейся на Отчизну. Людская молва быстрее, чем официальные депеши, разносила весть о французах-грабителях, мародерах-истязателях.

Пламень мщения

Ударил молнией по вспыхнувшим сердцам.

Все бранью вспыхнуло, все ринулось к мечам.

Слова поэта достаточно точно характеризовали обстановку в России того времени. Страна превратилась в единый и огромный военный лагерь, готовый к схватке со смертельным врагом. В напутствиях матерей, сестер, дочерей, кроме веры в победу, звучало неуемное желание быть полезными Родине. В Петербурге оно выразилось в создании «Дамского патриотического комитета» под покровительством императрицы Елизаветы Алексеевны. Современник, заглянувший в двери комитета, мог наблюдать приблизительно такую картину. Одна из комнат была отведена под склад одежды и обуви, другая была наполнена прочно устоявшимся запахом махорки: здесь готовили солдатские кисеты, в третьей властвовали врачи, упаковывая в походные корзины медицинские препараты, в четвертой вели записи денежных средств, поступавших в комитет. «Как пожертвования шли отовсюду на нужды государственные от богатых дам, так и баба несла последнюю свою куделю или кусок холста в общее казнохранилище». Барьер сословной розни, существовавший с незапамятных времен, отступил, позволив простой русской женщине в полный голос заявить о своих гражданских чувствах. «Я не затем это сделала, чтобы про меня знали», — сказала крепостная графа Орлова, отдавая 100 рублей «на укрепление воинства расейского». Сравните: накануне войны «рабочую девку» можно было выторговать за 150 рублей, мужика — за 200, а «смышленого в грамоте» — за 300 рублей. За извечной сухостью цифр оказались скрытыми имена, возраст вкладчиц порой грошовых сумм, и лишь по фамилиям их владельцев удается установить обширную географию безвозмездных пожертвований.

Вместе со всем русским народом женщины проявили стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Давайте не будем забывать имена женщин-партизан: Василисы Кожиной, кружевницы Прасковьи, собравшей свой отряд, крестьянки Анфисы с ее «командой». Будем гордиться единственной женщиной – офицером в русской армии Надеждой Андреевной Дуровой.
Отдадим дань уважения создательницам и участницам Женского Патриотического общества. Подвиг россиянок в 1812 году повторен в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:40:16Z

Улкар Мамедова:

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить ее: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим ее обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надежная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своем доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:39:27Z

Улкар Мамедова:

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить ее: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим ее обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надежная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своем доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Героини 1812 года==

'''Надежда Дурова'''

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

'''Василиса Кожина'''

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

'''Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I'''

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

'''Великая княжна Мария Павловна'''

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

'''Великая княгиня Екатерина Павловна'''

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

'''Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария'''

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

'''Дочь полководца А.В. Суворова'''

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:37:01Z

Улкар Мамедова:

==Автор проекта==

Мамедова Улкар Этибар кызы

==Название проекта==

Женские лики 1812 года

==Предмет, класс==

История, 6 класс

==Краткая аннотация проекта==
Грянул 1812 год. Грозный, славный, бедственный, великий и незабвенный для России. Грянул, накатил как смерч. Победное шествие вскружило голову Бонапарту, лелеявшему мечту стать повелителем мира. Однако на пути к мировой короне перед ним встала громадная, своевольная Россия, и он решил сокрушить ее: «…Мы раздробим Россию на прежние удельный княжества и погрузим ее обратно во тьму феодальной Московии, чтобы Европа впредь брезгливо смотрела в стороны Востока». Бонапарт не предполагал, что за этой необъятной загадочной и безмолвной страной стоит сильная и верная своему долгу армия, а у армии есть надежная поддержка и опора – великий и могучий русский народ. Прошло 200 лет, а интерес к этой странице нашей истории не угасает. Наверное, потому, что не все мы знаем о том далеком времени. Мы знаем имена Кутузова и Багратиона, иногда вспомним имя Н. Дуровой. А знаем ли мы еще кого- нибудь из женщин, кто откликнулся лично на беду 1812 года. Оказалось, нет. Мы задали этот вопрос 75 учащимся 6-х классов и не получили ни одного ответа с указанием имен. Это убедило нас в том, что данное исследование будет интересным и актуальным, потому что есть необходимость восполнить пробелы, связанные со знанием истории Отечественной войны 1812.
Данная работа посвящена именам тех женщин, которые как личную беду, как беду в своем доме восприняли нашествие наполеоновских войск на русскую землю.

==Цель работы==
Выяснить только ли мужчины встали на защиту нашей Родины, открыть заново и запечатлеть в памяти имена женщин, участниц событий Отечественной войны 1812 года.

==Задачи==
1.Собрать биографические сведения о героинях 1812 года.

2.Выяснить участие женщин в войне 1812 года.

3.Сбор материала по теме и его обработка.

4.Обобщение обработанного материала.

5.Выводы о проделанной работе.

6.Оформление обобщенного материала.

==Надежда Дурова==

Все мы знаем имена великих героев войны 1812 года: Раевский, Багратион, Кутузов, Платов, Дибич, Паскевич, Барклай де Толли и многие другие. Были в этой войне и две героини: Надежда Дурова и Василиса Кожина.
Надежда Дурова родилась 17 сентября 1783 года в Киеве в семье отставного гусарского ротмистра А.В.Дурова. Мать Нади очень хотела сына и сразу невзлюбила новорожденную дочь. Девочка стала тянуться к отцу и быстро приобщилась к "мужским забавам". Ее наставником стал гусар Астахов. "Воспитатель мой, Астахов, по целым дням носил меня на руках, ходил со мной в эскадронную конюшню, сажал на лошадей, давал играть пистолетом, махать саблею", — будет вспоминать она. Так она росла до 5 лет. У матушки это вызывало глубокое неудовольствие, и она даже говорила отцу, что ее пугает блеск глаз дочери, и что она желала бы лучше видеть ее мертвую, нежели с такими наклонностями. Отец защищал девочку, но мать всячески старалась держать ее взаперти и лишать "юношеских радостей".

В 1789 году ротмистр поступил в город Сарапул Вятской губернии на место городничего. В то время мать активно приучала девушку к рукоделию и хозяйству, но Надежду ничего из этих занятий не привлекало… А уж когда ей подарили черкесского коня Алкида, она поняла, что езда на нем – то, что увлекает ее больше всего в жизни.
В 1806 году, в день своих именин, она отправилась с Алкидом на реку, предварительно захватив с собой старую казацкую одежду. Переодевшись в мужское платье, Надежда присоединилась к направлявшемуся на войну с французами донскому казачьему полку. Она назвалась именем "помещичьего сына Александра Дурова". Родители тогда решили, что она утонула. Потом она напишет письмо отцу, прося прощения за свой поступок и требуя "позволить идти путем, необходимым для счастья".
В Гродно девушка поступила в конно-польский уланский полк. Потом были битвы при Гутшадте, Гейльсберге, Фридланде. Всюду Надежда проявляла недюжинную храбрость и была удостоена Георгиевского креста. В кровопролитном сражении под Фридландом полегло более половины ее полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы под пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня», - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела на поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.
Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал дворянскую грамоту Дуровых. Тогда и «Александр Васильевич» получил бы первый офицерский чин. Сам Государь разрешил ей называться Александровым и обращаться к нему с просьбами. Прожив парочку лет в Сарапуле, в 1811 году девушка вновь поступила в литовский уланский полк. Именно в его составе она чуть позже примет участие в военных действиях Отечественной войны.
В сражениях Дурова отличалась необычайной энергией, а на биваках уединялась, не разделяя мужских посиделок с выпивкой и крепкими выражениями. В это время полнота жизни для нее куда-то уходила. В своих записках она позже расскажет о поездках в седле - днем и ночью, о стычках с неприятелем, о заплесневелых сухарях и питье из лужи, о ночевках на земле. Она не воспринимала это легко. Но никто никогда не слышал от нее жалобы — ни одной. Вместе с товарищами она ходила в сложнейшие атаки на французов. Причем со всеми эскадронами полка поочередно, а не только со своим, за что получала выговоры от командира. Как и за стремление спасать "встречного и поперечного". Ей досталось и сражение под Смоленском, и Бородинское сражение. Именно во время последнего Надежда получила тяжелую контузию и была произведена в чин поручика.
С самого начала кампании 1812 года Надежда Дурова состояла офицером в другом уланском полку. Перед этим побыла в ординарцах у генералов Милорадовича, Коновницына… Полк отступал вместе с армией вглубь России, уланы участвовали в мелких стычках. И вот Бородино…
На передовой линии, занятой полком при Бородино, Надежда ужасно мерзла. Еще не кончился август, но дул свирепый холодный северный ветер. Шинель Надежду совсем не согревала. Ночевали в продуваемых шалашах. Ветер свирепствовал и 24 августа, когда полк занял место в боевых порядках, и 26 августа, в день главной битвы.
В том аду Надежда едва не оглохла от рева французских и русских орудий. Визжали и свистели пули, градом осыпавшие улан. Эскадрон несколько раз срывался в атаку и откатывался. У Надежды не было перчаток, а в атаках приходилось вынимать из ножен саблю и держать ее голой рукой на встречном ветру. В душе, как всегда, не было ни страха, ни робости, но северный ветер истязал Надежду. В сражении она думала об одном: как бы согреться и вновь почувствовать свои руки и ноги.
Увы, желание это исполнилось, когда Надежду контузило пролетавшим ядром. Вахмистр не дал ей упасть с лошади и отвел за строй. Левая нога на глазах распухала и чернела, боль сделалась нестерпимой. Но Надежда, столько раз побывавшая в схватках и битвах, не желала уступать этой боли. Она ни разу не получала контузий и полагала, что контузия - не ранение. Не увидев крови на своей ноге, Надежда вернулась в строй.
Уланы до ночи выдерживали огонь неприятеля. Весь день не сходившая с лошади Дурова вконец обессилела и сказала ротмистру, что не может держаться в седле. Впервые за шесть лет воинской службы Надежда Дурова добровольно отправилась в прежде столь презираемый ею обоз. Нога разрывалась от боли, холод проникал до костей.
Село Бородино было переполнено ранеными солдатами и офицерами. Дурова вошла в темную избу, забитую людьми, через силу взобралась на теплую печь и, кого-то тесня, улеглась на краю во всей амуниции, не сняв даже каску. Очнулась на заре, вышла во двор. Боль в ноге стала непереносимой. Сдерживая слезы, Надежда взобралась в седло, но проехав с полверсты, решила сойти и лечь в поле: будь что будет...
К счастью, сопровождавший ее улан увидел вдали телегу, реквизировал ее, уложил Надежду на солому, взял ее коня на повод. Вот так Дурова въехала в Вагенбург. Там ее встретили добрые старые друзья, гостеприимный шалаш, теплый тулуп, стакан горячего чаю, а, может, что и покрепче.
В полк она вернулась через два дня, приведя заодно два десятка улан в пополнение своему эскадрону. Армия, между тем, медленно отступала к Москве. В Москве Надежда Андреевна раздобыла теплую куртку. Самостоятельно добираясь оттуда до главной квартиры армии, она едва не попала в плен к французам. Были и еще приключения.
После этого она стала адъютантом фельдмаршала Кутузова и прошла с ним до Тарутина. При штабе полководца она служила как "Александров", хотя все уже тогда знали, кто скрывается под суровой мужской формой. Она принимала участие в освобождении Европы от французов, отличилась при осаде крепости Модлин и взятии Гамбурга. Война 1812 года стала пиком в ее судьбе, а вот дальше все было не так просто. Смысл ее жизни был в войне в борьбе, а вот когда в 1816 году она вышла в отставку, то жила то в Сарапуле, то в Елабуге. Умерла она в 83 года, в 1866 году, и похоронили Дурову, как она и завещала, в мужском платье и с воинскими почестями. Сохранились ее "Записки"…

Сверкает крест Георгия под эполетом,

Надежда в Бородинский славный день,

Мчит на коне, пока ещё не славлена поэтом,

Французов шашкой рубит словно тень!

Сам Император в восхищенье от девицы,

Ей своё имя для прозванья подарил,

И вьётся аксельбант через петлицу,

Но Александрова удар ядром свалил!

Надежда излечилась от удара,

И ординарцем у Кутузова была,

Везде врагов достигла её кара,

Надежда Дурова отважною слыла!

==Василиса Кожина==

В селе Сычевка Пореченского уезда знали, что французы заняли Смоленск, но староста Дмитрий Кожин полагал, что негоже оставлять созревшие хлеба в поле, да и значительная отдаленность от города вселяла надежду, что французы сюда не доберутся. И все же они не обошли Сычевку. Начали с уговоров, кончили повальным грабежом. Ни крики негодования, ни плач женщин и детей не остановили грабителей. За отказ выдать требуемое многие в тот жаркий августовский день поплатились жизнями. Удар сабли решил судьбу непокорного старосты. Так Василиса Кожина стала вдовой. Односельчане, справив скромные поминки, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой». В последнюю фразу, по всей вероятности, был вложен следующий смысл. В замужестве любая из женщин-крестьянок окончательно теряла всякую самостоятельность и навсегда лишалась возможности выражать собственное мнение. Но, очевидно, перед нами исключительный факт, когда широкие мужские плечи не могли заслонить природный ум, рассудительность и решимость отстоять собственное «я». И не только смерть мужа, но и авторитет односельчан выдвинул Василису Кожину на довольно-таки значительный пост сельского старосты. «Плетью обуха не перешибешь», — гласит пословица, но коль так, то в ход были пущены изобретательность и хитрость. Пригодились лесть, чарующая улыбка, задорный смех в ответ на корявые сальности. В этот визит в Сычевку французам казалось, что хлебосольству русской женщины не будет предела. На столе одна за другой появлялись наливки, пиво, всевозможные закуски. Но, как говорится в народе, на пиру наступило похмелье, обломки избы, подожженной Василисой, навсегда похоронили под собой жаждущих легкой наживы. Сколько их полегло от кос и рогатин, не счесть, еще больше попало в плен. Летом это были наглецы и истязатели, а в начинавшуюся стужу пришедшие от голода в отчаяние люди по своему виду более напоминали бродяг. Позднее слова Василисы, обращенные к ним, нашли отражение в стихах.

Добрых людей

Да званых гостей

С честью у нас встречают

И в передний угол сажают.

А незваных нахалов,

Грабителей басурманов

С бесчестием прогоняют

И кулаком провожают.

Знать, в Москве-то не солоно хлебали,

Что хуже прежнего и плоше стали,

А кабы занесло вас в Питер,

Он бы вам все бока вытер.
В одном из источников говорится, что «сам светлейший Кутузов пожелал видеть старостиху-героиню». Вот как описывается эта встреча. «К нему привели огромного роста женщину, в высоких валяных сапогах, в короткой юбке и полушубке, с вилами в руках. Но несмотря на воинственный вид, лицо ее было крайне добродушно». К сожалению, документального факта личного знакомства Кутузова и старостихи Василисы найти не удалось.
На многие годы образ легендарной женщины приковал к себе внимание художников. Но, к сожалению, нет ни одного художественного произведения, которое соответствовало бы оригиналу. На карикатуре И. И. Теребенева Василиса изображена старухой; несколько моложе она выглядит на рисунке А. Г. Венецианова. Очевидно, воспользовался приведенным выше описанием и И. И. Горюшкин-Сорокопудов. Остается полагать, что только на портрете Александра Смирнова, хранящемся в музее-панораме Бородинской битвы, старостиха Василиса предстает перед нами такой, какой она была в действительности. Ее потрет можно увидеть в Москве, в Историческом музее. Василиса Кожина изображена в национальном русском костюме, расшитом жемчугом кокошнике; руки сложены на коленях, взгляд спокойный, сосредоточенный. Под картиной подпись: "Партизан 1812 года. Большую сделала для России пользу. Награждена медалью и денежной премией".

Удивительно скромны были героини той войны. И те, что отдавали последнее во имя Победы, и те, что открыто смотрели в лицо смерти, предпочитали остаться безызвестными, нежели требовать воздаяния за свершенное. Так произошло и с Василисой Кожиной, получившей серебряную медаль «В память Отечественной войны». Не сохранили источники имя дочери, сражавшейся рядом с нею. Та же участь постигла казначейскую горничную из Волоколамска, заколовшую в чулане двух гвардейцев, не повезло и старушке бобылке, с которой связан анекдотический случай. Вот как гласит о нем предание: «Заехало несколько французов в одну смоленскую деревню. По обыкновению обшарили все хаты, забрали у крестьян мало-мальски ценные вещи и деньги. В конце-концов зашли в крайнюю избушку, в которой жила старушка бобылка, все имущество которой заключалось в козе. Заслышав о приближении французов, спрятала ее в подполье. Когда французы зашли к ней в хату и стали требовать денег, угрожая пистолетами, она ответила: «Ничего у меня нет и дать вам нечего!» Но французы не унимались, и пришлось старушке открыть погреб: «Бог с вами, забирайте козу!» Глядит, а французы стоят, словно громом убитые, побледнели, на месте замерли. А потом как бросятся из избы, да на лошадей и кричат: «Казак, казак!»
Следует отметить, что в 1812-м важную патриотическую роль выполняли так называемые летучие листы, или листы политической сатиры. В них не только высмеивались захватнические планы Наполеона, стяжательство и трусость врагов, их бесславное бегство из России, но и проявлялась русская удаль, бесстрашие. И совсем не случайно, что на многих карикатурах и рисунках изображены женщины. Так и вышеприведенный эпизод остался запечатленным на карикатуре И. И. Теребенева «Французы, испугавшиеся козы». Не требовала для себя никакой награды Анфиса из деревни Юхны Вяземского уезда Смоленской губернии. Стоны, проклятия, жалобные крики, ругательства часто оглашали лес и дороги. На них бесследно исчезали конные и пешие солдаты и офицеры. В плен «команда Анфисы» никого не брала. Это было в некотором роде соперничество в уничтожении врага. О послевоенной судьбе Анфисы и ее боевых подруг вдов Лукерьи и Настасьи, девушек Марии, Ульяны, Анны и других ничего не известно.

Это было настолько неожиданным для врага, что в мемуарах любого чудом уцелевшего солдата или офицера можно найти подтверждение недоумению, царившему во французской армии. «Уже больше двух месяцев, — писал во Францию офицер Лабом, — мы встречаем на пространстве около 300 миль одни только безлюдные деревни и опустошенные поля». Другой офицер, Росс писал: «Все против нас, все готовы либо защищаться, либо бежать, везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью... бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как мужики». Что ж, русские женщины умели при острой необходимости выражать свои мысли словами, которые заслуживали оккупанты и которые не вошли в словарь Даля и точно не переводятся ни на один язык мира. Ненависть, прочно поселившаяся в сердце каждой россиянки, искала и находила выход не только в словах. Под рукой всегда в таких случаях находились предметы непритязательного крестьянского обихода. «Даже женщины сражаются! — восклицал Федор Глинка и описал следующий эпизод. — Сего дня крестьяне Гжатского уезда, деревень князя Голицына, будучи вытеснены из одних засек, переходили в другие соседственные леса через то селение, где была главная квартира . Две молодые крестьянские девки ранены были в руки. Одна бросилась на помощь деду своему, другая убила древесным суком француза, поранившего ее мать». Никто и никогда из душевладельцев не ставил цель научить крестьянина владеть оружием. Больше того, этого умения боялись. Приходилось эту мудреную науку постигать в схватках с неприятелем, уничтожая его добытым оружием. Вот где был простор природной сметке, цепкому уму, твердым рукам и острому глазу! Выло бы наивно полагать, что русский крестьянин всю жизнь готовился к нашествию, и все же «предприятия они свои основывали не на слепой отважности, но на благоразумии и осторожности. В перелесках, за буераками, везде острожные воины-земледельцы расставляли недремлющую стражу. Сверх того установили, чтобы по звону колокольному сбираться им немедленно верхами и пешком, где услышат первый звон».
Именно так действовал отряд под командой крестьянки Прасковьи из деревни Соколове. Ни она, ни ее односельчане не сумели, да и вряд ли бы успели воспользоваться тем способом, который оказался сподручным Смоленскому губернатору барону Ашу, постыдно бежавшему при первых выстрелах французской артиллерии, предоставив подданным распорядиться своей судьбой.
Оставшаяся для потомства «кружевница Прасковья» распорядилась ею так, как подсказывала совесть. Как бы трудно ни звучало ее имя по-французски, его с опаской произносил губернатор Смоленска Жомини, оно косвенно послужило причиной расстрела интенданта Сиоффа и вызвало удивление у самого императора Франции. Гнев Наполеона был беспределен: армия не получала «запланированного» фуража и провианта. Может быть, и другого интенданта Вильбланша ждала та же участь, если бы Жомини не сообщил Наполеону о трудностях снабжения и, в частности, о «неуловимой предводительнице Прасковье и ее поразительных действиях».

Жомини, назначая за голову Прасковьи «большую сумму», не подозревал, что имя ее окажется бесценным для истории, а в золотых кладовых народной памяти навсегда сохранится ее образ. «Ростом была она высокая, с открытым ясным лицом, с тяжелыми косами за плечами. Она была настоящей русской красавицей. Ее руки умели не только плести искусные кружева, но и не гнушались тяжелого крестьянского труда . А когда необходимо было постоять за себя и ближних, они брали топор, вилы и разили врага».
Почти ежедневные визиты французов в деревню, где жила Прасковья, превращались в повальные грабежи и избиение ни в чем не повинных людей. В один из таких наездов двое солдат ворвались в ее избу и «со злобным намерением устремились к крестьянской жене, угрожая умертвить ее саблею». Жизнью расплатились они за беспредельную наглость. Топор еще раз сослужил Прасковье хорошую службу, отправив к праотцам троих из шестерых нападавших. Среди убитых оказался полковник, в форме которого она не раз появлялась перед неприятелем во главе отряда, вооруженного трофейным оружием. «Страшное это было войско, — свидетельствовал современник, — двадцать сильных молодых парней и с ними красавица Прасковья». Красавица Прасковья в полковничьем мундире столь смело сражалась с французами, что окрестные партизаны вынуждены были признать ее за старшую. Сама Прасковья показывала пример храбрости. Слухи о Прасковье и ее помощниках пошел по всему уезду, и из соседних деревень стали приходить к ней парни. Она принимала на выбор, и вскоре у нее образовался отряд из 60 отборных молодцов, с которыми Прасковья доходила почти до самого Смоленска... Узнав об этом, Наполеон воскликнул: “Что за страна? Жгут свои лучшие города, а воюют у них женщины и дети”.

==Женское патриотическое общество==

“… Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов… воины проходили всюду с песнями; иногда (я сам видел) за ними шли их жены и, чтобы помочь мужьям, несли их оружие и их вещи…” (из письма Г. Фабера, чиновника русского министерства иностранных дел). Так мужественно вели себя простолюдины в деревнях. А что же в городах? Вот, например, в Пензе, как мы узнаем из записок Ф. Вигель: “Дворянство по-своему старалось высказать патриотизм. Дамы отказывались от французского языка… Многие из них, почти все, одевались в сарафаны, надевали кокошники и повязки”. Это было в провинции, а в Москве?

Вот воспоминания дворовой женщины из дома князя Лобанова, которая была женой крепостного… “Уже давно толковали в народе, что идет на нас Наполеон, и как бы в Москву не забрался, а господа все не верили, – пусть, мол, народ болтает! – да и не позаботились добро свое от француза спасти. А потому барин с утра надевал мундир и ездил, куда все другие господа собирались думу вместе думать, как лучше французу насолить, да в Москву не допустить”.
Царская семья тоже вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм – сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в бородинском сражении.
Дамы, приближенные к царскому двору тоже не оставались в стороне от военных событий. Интересные письма, характеризующие общественное настроение оставила нам Волкова Мария Аполлоновна (1786-1859 гг.) – фрейлина императрицы Марии Федоровны. А также Ланская Вера Федоровна (1787-1844 гг.) – дочь князя Ивана Ивановича Одоевского. Они вели между собой патриотическую переписку…
Все эти воспоминания, письма, а особенно, записки Н. Дуровой были материалом первостепенной значимости, которые лучше всяких беллетристических вымыслов рассказывали современникам о действительной жизни и положении русских женщин, которые делили все тяготы войны наравне с мужчинами.
Войне 1812 года было посвящено множество мемуарной и художественной литературы, очерков, писем, записок очевидцев событий тех лет. Писали полководцы и государственные деятели, войны и поэты, простые люди, вплоть до московской дворовой женщины. Из этих писем мы узнаем, что, и женщины всех сословий не могли оставаться глухими к военным событиям 1812 года.

7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года вошло в русскую историю как день битвы у села Бородино, расположенного в 125 километрах западнее Москвы, день Бородинской битвы. Трагическое событие войны, которое, однако, стало переломным. На поле брани погибли тысячи воинов, которых дома ждали матери, сестры, дочери и жены. Красавицы и не очень, они ждали и верили, что будет победа и многие из них делали все, что в их силах для этого. Как-то великий Генрих Гейне изрек очень правильную мысль на этот счет: «Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.» А ведь верно: у нас есть галерея героев – полководцев войны 1812 года в Зимнем дворце, ну, а как же женщины? Может быть, только троим из них - Маргарите Тучковой, кавалерист-девице Надежде Дуровой да крестьянке Василисе Кожиной — оказана честь остаться в истории Великой Отечественной войны 1812 года, а как же остальные, те которые ждали? Ждали, не значит сидели около окна. Патриотические чувства стали причиной того, что в русском обществе этого периода стало появляться то, что именуется ныне благотворительной деятельностью. На тот момент это была одна из самых доступных форм помощи русской армии, воевавшей с Наполеоном. И у истоков как всегда стояли Романовы, начиная от императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра I и заканчивая великими княжнами и их фрейлинами.

==Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I==

Разыгравшиеся драматические события 1812 вынужденно оторвали ее от личных переживаний, вызвали в ней небывалый подъем духа и подвигли ее к совершенно новой деятельности. В письмах к матери в Германию она подробно описывала ход военных действий, восхищалась героизмом русских воинов и признавала, что именно теперь окончательно почувствовала Россию своей. Ей открылась и оборотная сторона войны: сотни раненых и искалеченных воинов наполнили Россию, многие семьи остались без кормильца. По ее инициативе возникает Патриотическое общество, которое официально начало свою деятельность 12 ноября 1812 года.

Его задачи были многообразны: выдача пособий, размещение больных и раненых в больницах, создание сиротских домов и казенных школ для обучения детей погибших офицеров. В этом же году было создано Сиротское училище и при нем Дом трудолюбия для обучения и содержания на казенный счет дочерей офицеров, павших на войне. Впоследствии это учебное заведение, постоянное опекаемое императрицей, стало называться Елизаветинским институтом. Все это усилило ее популярность в русском обществе.
Для женщин испокон веков благотворительность составляла и потребность, и возможность отдать свои силы самоотверженному служению Отчизне в виде заботы о детях, больных и увечных. Женщина всегда откликалась на все общественные катастрофы. Причем женское милосердие выражалось не просто в сострадании, сочувствии к страждущим, а в реальной помощи им.

Целью Общества была благотворительная и просветительская деятельность, а именно:
раздача разоренным от войны денежных пособий на первые необходимые потребности;
помещение бедных, слабых и увечных в казенные и частные больницы;
ходатайство о помещении детей бедных родителей на казенное содержание или для обучения ремеслам;
предоставление помещения тем из бедных, кто своими трудами не могли обеспечить себе пропитания;
предоставление разоренным ремесленникам средств к возобновлению работ;
забота о сиротах, оставшихся после убитых, раненых и разоренных родителей.

Символом святого служения Родине явилась поддержка общественного движения по облегчению участи раненых на полях сражений.
Женская благотворительность всегда носила общественный характер. Личное участие женщин во всякого рода благотворительных делах воспринималось обществом как морально-нравственный поступок, достойный высокого уважения и благоговейного поклонения. Милосердие связывалось с щедростью и считалось неотъемлемым делом каждой женщины.

==Великая княжна Мария Павловна==

В числе достоинств великой княжны Марии Павловны – покровительство наукам, искусству, ею был создан музей, посвященный памяти многих поэтов и художников: Гете, Шиллера, Виланда и других. В 1813 году, во время военных действий в Европе, Мария Павловна заложила свои драгоценности, чтобы на полученные средства устроить госпитали для русских солдат. Со свойственной ей энергией великая княгиня соединяла эти благородные стремления отдельных граждан и создала Женское благотворительное общество.

==Великая княгиня Екатерина Павловна==

Благотворительная забота о раненых, уход и попечение за ними великой княгини Екатерины Павловны – это продолжение традиции ее матери, императрицы Марии Федоровны. После издания высочайшего манифеста от 6 июля 1812 года, призывающего все сословия и состояния к единодушному и «общему содействию против всех замыслов и покушений врага», во главе охваченного патриотическим энтузиазмом тверского дворянства и общества встала великая княгиня Екатерина Павловна. В августе 1812 года в Твери был образован «Тверской комитет военных сил» и начал формироваться особый временный егерский «батальон Ея Императорского Высочества великой княгини Екатерины Павловны». По всей губернии были разосланы вербовщики для записи и приёма добровольцев. В создаваемый батальон среди прочих поступило 82 добровольца из учеников духовных училищ Тверской епархии. Только двоим из них было по 19 лет, большинству же было только 15 или 16 лет, а одному даже 13. Батальон по окончательном сформировании его в ноябре 1812 года выступил в поход под командованием подполковника князя А. П. Оболенского и скоро принял участие в военных действиях. Он участвовал в битвах под Кенигштедтом, Лейпцигом, Пирной, Кульмом, Лютценом и многих других сражениях кампании против Наполеона в Европе. Сам император Александр I засвидетельствовал его учредительнице «что он доволен храбростью, оказанной батальоном в битвах, в которых он участвовал». О стойкости батальона и его самоотверженности в боях свидетельствует также и то, что из 1000 человек его состава возвратились на Родину только 417, то есть менее половины. Юные воины из числа учеников духовных училищ с не меньшей, чем другие, храбростью действовали на полях сражений и 14 из них погибло в боях.

==Маргарита Тучкова
(урожд. Маргарита Михайловна Нарышкина), Игумения Мария==

Удивительна судьба русской женщины Маргариты Тучковой, родившейся в 1781 году. Маргарита Тучкова (урожденная Нарышкина) жена генерала Александра Тучкова (IY), героя Бородина. В сущности, эта женщина во имя безграничной любви к мужу, погибшему в бородинском сражении, создала первый в России памятник героям Войны 1812 г. Незадолго до бородинского сражения Тучкова видит страшный сон, в котором узнает о будущей гибели мужа именно при Бородино Во время всех военных действий она следовала за мужем Александром Тучковым, научилась ухаживать за ранеными. Ее муж был ранен в Бородинском сражении, солдаты пытались вынести генерала с поля боя, но во время обстрела они все погибли. Маргарита Михайловна на поле боя пыталась отыскать тело Александра. У нее еще была слабая надежда, что он жив или, может быть, в плену. После известия о гибели мужа в течение двух месяцев она искала тело мужа на поле. Убитой горем женщине удалось лишь найти место гибели горячо любимого мужа. Не найдя его, решает построить здесь Храм Спаса Нерукотворного (Икона Ревельского полка, которым командовал Тучков). Постепенно вокруг Храма образуется община сирот, бедняков, больных. Все это благодаря барыне Тучковой. Маргарита продала драгоценности и воздвигла у края Бородинского поля небольшую часовенку. Пережить страшное горе ей помог сын Николай: она жила ради него. В пятнадцатилетнем возрасте умирает ее единственный сын, и генеральша навсегда селится в своей общине. Мать похоронила сына под сводами храма Спаса Нерукотворного. Маргарита продала имение и на вырученные деньги построила дома для солдатских вдов. Позже она обосновала женский монастырь, где стала игуменьей. Все силы и энергию она потратила на то, чтобы облегчить страдания солдатских вдов. Она была чуть ли не единственная, которая не побоялась просить Николая о смягчении участи ссыльному брату-декабристу (полковник М.М.Нарышкин), известно, как не любил таких просьб Николай, как страшен был в гневе. Но царская семья с уважением относилась к этой маленькой женщине, потерявшей все, но не растерявшей своей души. Вносил деньги на строительство Храма Александр I, помогал монастырю Николай.

Она не была святой, не совершала чудес… но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути — как и ее муж в свой смертный час, на этом же самом месте, у Семеновских флешей, 26 августа 1812 года. Именно ей мы также обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле и Спасо-Бородинский монастырь, построенный на ее деньги в память о муже и всех убиенных на поле Бородинском. Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года. После ее смерти в доме все было оставлено нетронутым. В таком состоянии дом находился до 1930 года, когда монастырь был закрыт и подвергся разорению. В январе 1942 г. в ходе боев дом сгорел. И только в 1984 г. были начаты работы по его восстановлению. 16 августа 1992 г. была возрождена община Спасо-Бородинского женского монастыря, а 12 мая 1994 г. состоялось открытие Дома-музея игуменьи Марии. До революции в России вышло несколько книг о Маргарите Тучковой и основанном ею монастыре .

==Дочь полководца А.В. Суворова==

С 1813 года членом Общества была и дочь знаменитого полководца А.В. Суворова - графиня Наталья Александровна Зубова. Она воспитывала шестерых детей, а затем и внуков. Свято берегла память о знаменитом отце, даже перевезла в свое имение Фетиньино небольшой деревянный дом, в котором Суворов писал свою знаменитую «Науку побеждать». Любопытно, что её отца чтили и французы, которых он не раз громил на полях сражений. Осенью 1812 года Наталья с детьми не успела своевременно уехать из Москвы и была задержана французами. Когда французский офицер узнал, что пред ним дочь и внуки великого российского полководца Александра Суворова, он приказал не только их пропустить за линию своих постов, но и отдать им воинские почести.

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:32:19Z

Улкар Мамедова: /* Елизавета Алексеевна, жена императора Александра I */

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:29:36Z

Улкар Мамедова:

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:25:24Z

Улкар Мамедова: /* Василиса Кожина */

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:25:00Z

Улкар Мамедова: /* Василиса Кожина */

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:24:02Z

Улкар Мамедова: /* Василиса Кожина */

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:23:36Z

Улкар Мамедова: /* Василиса Кожина */

Женские лики 1812 года

2012-04-15T08:23:03Z

Улкар Мамедова:

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:50:08Z

Улкар Мамедова: /* Героини 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:48:49Z

Улкар Мамедова: /* Героини 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:46:50Z

Улкар Мамедова: /* Героини 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:24:14Z

Улкар Мамедова: /* Героини 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:22:07Z

Улкар Мамедова: /* Героини 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:21:57Z

Улкар Мамедова: /* Героини 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:21:16Z

Улкар Мамедова: /* Героини 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:20:25Z

Улкар Мамедова: /* Героини 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:19:56Z

Улкар Мамедова: /* Героини 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:17:03Z

Улкар Мамедова: /* Героини 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:16:41Z

Улкар Мамедова: /* Женские лики 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T14:13:27Z

Улкар Мамедова: /* Герои 1812 года */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T07:44:36Z

Улкар Мамедова:

Участница:Улкар Мамедова

2012-04-14T07:43:52Z

Улкар Мамедова:

== Общие сведения ==

'''Имя Фамилия:''' Улкар Мамедова

'''Класс:''' 6"Б"

'''Место обучения:''' МОУ лицей №2.[http://lic2.admsurgut.ru ]

'''Дата рождения:''' 06.12.1999

'''Место жительства: '''г.Сургут [http://ru.wikipedia.org/wiki/Сургут]

'''Мои достижения:''' Я участвовала, также участвую в школных и всероссийских олимпиадах. В этом учебном году я заняла второе место по математике, русскому языку, первое место по биологии.

'''Друзья:''' [[Участник:Мария Проводникова|Проводникова Мария]], [[Участник:Анциферова Анна|Анциферова Анна]],
[[Участник:Третьяков Дмитрий|Третьяков Дмитрий]],[[Участник: Мальцева Ирина Всеволодовна|Мальцева И.В.]], [[Участник:Сайфуллин Булат|Сайфуллин Булат]], [[Участник:Екатерина Рубан|Екатерина Рубан]], [[Участник:Хуруджи Юлия|Хуруджи Юлия]], [[Участник:Самаров Михаил|Самаров Михаил]], [[Участник:Плотников Игорь|Игорь Плотников]], [[Участник:Быстров Максим|Быстров Максим]], [[Участник:Кудрина Евгения|Кудрина Евгения]], [[Участник:Анастасия Акулова|Анастасия Акулова]], [[Участник:Зуй Юля|Зуй Юля]], [[Участник:Усманова Злата|Усманова Злата]], [[Участник:Даниил Брагин|Даниил Брагин]].

'''Моя исследовательская работа:''' [http://www.surwiki.ru/wiki/index.php?title=%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_%D0%BD%D0%B0%D0%BF%D0%B8%D1%81%D0%B0%D1%82%D1%8C&action=edit&redlink=1 "Женские лики 1812 года"]

== Цель работы ==
Я впервые участвую в конкурсе на сайте SurWiki. Целью моей работы не является победа. Я хочу, чтобы люди прочитав мою работу узнали о тех, которые участвовали в Бородинской битве. Конечно, многие сейчас подумали о Михаиле Илларионовиче Голенищеве-Кутузове, о Надежде Дуровой, но не стоит забывать об остальных. Именно им мы обязаны тем, что есть ныне Бородинское поле.

== Знакомьтесь: это я! ==

Женские лики 1812 года

2012-04-14T07:41:54Z

Улкар Мамедова:

Женские лики 1812 года

2012-04-14T07:40:50Z

Улкар Мамедова: /* Задачи */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T07:40:16Z

Улкар Мамедова: /* Цель работы */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T07:39:41Z

Улкар Мамедова: /* Краткая аннотация проекта */

Женские лики 1812 года

2012-04-14T07:39:09Z

Улкар Мамедова: Новая страница: «==Автор проекта== Мамедова Улкар Этибар кызы ==Название проекта== Женские лики 1812 года ==Пр…»